Камаэль (СИ)

Но я этого совершенно не хотел, а потому из всех сил сопротивлялся, рвался к мыслям, которые пытались ускользнуть вслед за касаниями мягких губ Габриэля.

- Тише, мой глупый, тише, мой маленький. - Сладко шептал эльф, тихо напевая под нос колыбельную и всеми силами стараясь погрузить меня в сон. Но на свою голову он успел обучить меня блокам, которые я сейчас с огромным удовольствием выставлял, хотя касания губ в самом деле отгоняли тревоги и тянущую тоску.

- Что, Габриэль, Виктор перестал на тебя обращать внимание и ты переключился на его братишку? - Ядовитым тоном прошипел Джинджер, отпугивая чудесное мгновение нежных ласк моего возлюбленного.

Габриэль с ненавистью глянул на него, выхватывая кинжалы и вставая по левую руку от Виктора. Брат же посадил меня на траву и осторожно прислонил спиной к прохладной шероховатости камня, прямо перед полем боя, сражения, хотя я ещё не знал, с чем мне придётся столкнуться. Пусть и со стороны, но всё же столкнуться. Впереди ещё было столько всего, что я порой начинал жалеть, что не умер ещё тогда, в ванной, в лапах водяных. Это слабость, абсолютно точно. Но разве другой нормальный человек на моём месте не захотел бы того же самого, столкнувшись лицом к лицу с самой смертью, с кровью и отчаянием, гневом и болью? С квинтэссенцией страха и желанием жить, как никогда прежде? Когда в твоих руках трепещет ещё живое сердце поверженного врага, вырванное из его грудной клетки, истекающее кровью, пульсирующее, все ещё силящееся что-то исправить, изменить, разве не чувствуешь ты страх и ненависть пополам с желанием мести? И вот сжимаешь в руках эту сильную мышцу, разгоняющую кровь, прорываешь толстые стенки, оно вздрагивает в последний раз и замирает, обмякая, как обмякает и тело врага. Глаза его стекленеют, кровь всё ещё вяло вытекает из кровавых ран, а ты замираешь. Смотришь на это синевато-бледное лицо с мёртвыми, пустыми глазами, чувствуешь дуновение ветра - эту душа вылетела из тела. Она всё же есть. Каким бы Тёмным он ни был, его Душа существует, но её порывы умирают в зародышевом состоянии. Разве не боишься ты в этот миг, замирая, чувствуя как сама Смерть смеётся над твоим ухом, словно бы оглаживая ледяными пальцами твоё собственное сердце?"

"Яркие вспышки отвлекли меня от моих раздумий - разгорелся бой. Дроу против дроу, вампир против вампира, мой эльф против их обращённого. А вот великан всё думал, с какой бы стороны ему поудобнее устроиться и кого бы огреть своим огромным кулаком. Габриэль напоминал дикую кошку - гибкий, быстрый, смертоносный. Длинные кинжалы в его руках сверкали от далёкого света фонарей и магических вспышек, казалось для них воздух был чем-то вещественным.