Камаэль (СИ)

Время от времени он проваливался в дрёму и снова приоткрывал глаза, изо всех сил сдерживая тяжёлый, колючий комок где-то между рёбер. Наконец, найдя в себе силы встать, юный вампир приподнялся на локтях и первым его порывом было натянуть одеяло как можно выше, что он и сделал – естественная реакция, когда, не совсем проснувшийся, видишь рядом незнакомого человека.

Чудом проморгавшись, Джинджер хотел было выругаться и спросить, кто он и что здесь делает, но тут едва не проглотил язык и замер, как истукан, глядя на человека в кресле рядом с кроватью. Расправленные плечи, прямая спина, и притом – никакого напряжения на спокойном, аристократично бледном лице. Да, этот мужчина абсолютно точно умел привлекать к себе взгляды.

– Тяжёлая ночь? – ухмыльнулся Кристофер, окинув сына взглядом.

***"

"Прежде мне не приходилось видеть лаборатории магов и алхимиков, и я об этом сильно пожалел. Эти конкретные представляли собой лабиринт из распахнутых шкафов, заставленных баночками, мешочками и прочими ингредиентами различных цветов и размеров, котлов, окружённых магическим пламенем, столиков, окрашенных в такие цвета, какие я и представить бы не мог. Под потолком туда-сюда сновали совы и летучие мыши, переносящие послания от одного мастера к другому, кружа в облаках дыма, столь же безумного как и столы. Между рядов, составляющих эту неразбериху, носились дети, которым я поручил помогать старшим, и, видимо, в лабораториях без них было никуда. Они носили ингредиенты, различные колбочки и склянки, самые способные или же старшие из них поддерживали огонь, чтобы маги не тратили свои силы на подобную мелочь, мешали варева и занимались не самыми важными элементами приготовления смесей. А какие запахи здесь витали! Ни один рынок пряностей и цветов разом с этим не сравнится. От него приятно кружилась голова, и я не мог сдержать улыбку, жалея, что со смертью утратил драгоценный мешочек, в котором хранил, как зеницу ока, лаванду. Но это было мимолётным сожалением, навеянным великолепной обстановкой. Конечно, иногда попадались неудачные места, где легче было бы пробежать, закрыв рот и нос руками, чтобы не чувствовать убийственные ароматы. Если уж что шло не так, то было два варианта – взрыв, способный уничтожить половину этой лаборатории, либо запах тысячи испорченных продуктов. Иногда приходилось передвигаться боком или перепрыгивать через завалы свитков и книг, но мне это даже нравилось – отоспавшись и восстановив свои силы, я готов был даже полазать по шкафам, чтобы посмотреть на помещение сверху.

Наши мастера по магической части заняли подземные помещения неподалёку от реки, и в этом я видел здоровый прагматизм: если что-то загорится или вдруг закончатся припасы свежей воды, то достать её будет проще простого.