Камаэль (СИ)

Смеющийся взахлёб Морнемир потрясал огромными окровавленными крыльями, держа их высоко над головой.

Кто-то дёрнул клинок вверх. Холодный мрамор обжёг кожу. Тьма сгустилась. Совсем.

========== Ты славить его не проси меня ==========

О том, как он слово умел держать,

О том, как за грех он чужой платил,

О том, какой он был преданный брат,

О том, как он братом предан был.

Всю ночь шла жуткая гроза, и на утро продолжал лить с небес дождь сплошной стеной, размывая дороги, загоняя редких прохожих под крыши уютных домов, а вдали приглушённо грохотало, удаляясь куда-то в сторону гор, и отголоски эти всё равно доносились до Беатора. На стенах уже образовались лужицы, вода стекала по лестницам и стрельчатым окнам и бойницам, в узких переходах было холодно, ломило кости. Главный Советник зябко кутался в плотный плащ и стирал с лица надоедливые капли дождя, просачивающиеся под стихийный щит, которым он пытался защитить себя. Ноги промокли, но Валенсио не уходил с крепостной стены, меряя её шагами и устало вглядываясь вдаль, пытаясь уловить хоть что-то помимо слякоти и воды. Вот уже три с половиной месяца прошло с тех пор, как армия, возглавляемая королём Эмиэром Синьагил и его мужьями, покинула город и двинулась отражать атаки Тёмных. Но от них не было ни одной вести с тех пор, как они пересекли долину Хэрэргат, и дурные предчувствия терзали эльфа, не давая покоя ни днём, ни ночью. Особенно ночью, когда весь город и замок погружались в беспокойные сны, а он продолжал нести своё дежурство, вглядываясь в прорези окон и часто прикладывая к губам один из перстней на правой руке. Каждый день прибывали всё новые и новые воины-добровольцы, готовые защищать Беатор и его жителей, присоединялись к той части армии, которую оставили здесь на случай вторжения Тёмных. Днём ранее прилетел чёрный голубь с пустым свитком, и оттого сердце Валенсио замирало всё чаще и чаще, морщинка меж бровей не исчезала ни на мгновение, и утром он сам вышел на крепостные стены, пытаясь увидеть возвращающегося Короля. Даже если и без армии, без трёх Советников, но что бы он вернулся. Возлюбленный им всем сердцем правитель должен был вернуться и объявить, что война окончена, улыбнуться ему и уйти в свои покои. Но ничего кроме дождя не стремилось по дороге к городу, и дыхание Советника становилось всё более тихим и прерывистым.

Снова загрохотало, и Валенсио слабо вздрогнул, поднял взгляд, а затем яростно заморгал, рванулся вперёд, опираясь на каменные зубцы и с особой внимательностью вглядываясь вдаль. Всадники! С их знамёнами! Но они двигались столь медленно, что сердце у мужчины замерло в груди. Он толкнул стоящего рядом с ним стражника и отчаянно закричал, чтобы велел открывать ворота и трубил о возвращении армии.