Камаэль (СИ)

А он всё вёл и вёл меня по коридорам и лестницам, которые ветвились, сходились, перекрещивались, подобно огромной паутине, и мне хотелось увидеть этот рисунок полностью, посмотреть на маршрут со стороны. Здесь и вовсе царила полная тишина, которую ни с чем не сравнить, кажется, даже шаги перестали быть слышны, да и трость вампира перестала мерить каждые два его шага. И только тогда я заметил, что уже давно под нашими ногами лежит ковёр, а мимо мелькают просто высоченные колонны. Огромный зал был почти пуст, если не считать стоящего в отдалении трона. О, что это был за трон! Широкий, чтобы можно было с удобством на нём разместиться и расслабиться, если не разлечься, с высокой спинкой, обитой чёрной тканью с богатой узорной вышивкой серебряными нитями. Подлокотники в форме голов драконов держали по крупному чистейшему рубину размером с яблоко в зубах. И отчего-то мне казалось, что эти побрякушки не просто для красоты, а имеют некоторую магическую силу. Когтистые серебряные лапы поддерживали трон в равновесии, были изукрашены искусной резьбой, но рассматривать узор и дивиться ему было как-то не к месту. По крайней мере, тогда. В стороны от спинки раскинулись два хищных когтистых крыла пожалуй, достойные молодых драконов, если такие когда-нибудь существовали на самом деле. А над королевским «постаментом» были натянуты чёрные шторы, которые в данный момент были приветливо распахнуты и подвязаны, открывая моему взгляду Императора.

Он восседал на своём законном месте, закинув ногу на ногу так, чтобы ступня одной покоилась на колене второй, и мне лишь оставалось гадать: специально он так устроился или же всегда принимает такую странную, совершенно не императорскую позу. Уж скорее бы она пошла какому-нибудь городскому пижону, но уж точно не интеллигентному с виду мужчине, которому даже по возрасту подобное не подходит, что уж говорить о статусе. Облачён он был с шиком и удобством, которому я мог только позавидовать — эльфы так безумно любят длинные одежды, широкие рукава и всякие пояса, туники, что невольно начинаешь выглядеть, как они, если находишься рядом. О, я бы многое отдал, чтобы иметь возможность ходить в замке, как отец — в удобных брюках, не стесняющих движений, но при этом сохраняющих вид, рубашке с воротником-жабо и расшитом сюртуке со множеством серебряных цепей, от которых в глазах начинало рябить. Волосы его были подобраны лентой на затылке, гордое, красивое лицо было открыто мне теперь, и ни одна тень не могла скрыть от меня даже самую маленькую мелочь. Такую, например, как венец, подобный тому, что носил я, да только он был выполнен более прихотливо, больше завитков, покрытых шипами.