Камаэль (СИ)

Шагнув со мной к кровати и заставив меня на неё подняться и опуститься на колени, он чуть грубо куснул меня за ягодицу, заставив вздрогнуть и зашипеть - вампир показал свои клычки и подтвердил свои намерения. Затем его язык скользнул по месту укуса, опускаясь ниже, к впадине меж ягодиц, заставляя меня всё больше нервничать и желать большего. Мокрые волосы щекотали плечи, щёки, шею, но почесать места я не мог только благодаря любимому брату.

- Ну, не дёргайся, малютка, ты же знаешь, я тебя не обижу, - сладко прошептал Виктор, нависнув надо мной и прижавшись прохладной, всё ещё чуть влажной после дождя грудью к моей разгорячённой спине, заставив меня шумно вдохнуть воздух - слишком острым удовольствием отдавались всякие его прикосновения к моей спине. Вообще, я часто замечал, что спина у меня чересчур чувствительна.

Пару раз хлопнув меня по голеням и заставив меня развести ноги, Виктор слегка потёрся плотью меж моих ягодиц, вызвав дрожь возбуждения и желания, перед глазами зависла пелена. “Вот видишь, я говорил, - шептал голос в моей голове. - Воспользуется и уйдёт подальше”. “Заткнись, - рыкнул я про себя, отвлекаясь от боли проникновения вампира и до боли в дёснах сжимая зубы. - Заткнись, я тебе говорю!” Резкий рывок, который был сопровождён шлепком его яиц о мою задницу, и Виктор проник до конца, вырвав из моей груди полустон-полувсхлип. Слёзы навернулись на глаза, но времени жалеть себя и скулить не было - брат тут же начал резкие, мощные движения, от которых я раз за разом вздрагивал и прогибался в спине - он задевал простату и мощно на неё надавливал, вызывая судороги боли и удовольствия одновременно. Оставалось только стонать и подмахивать бёдрами ему навстречу. Тело жгло, словно бы раскалёнными углями, стоны разрывали горло вместе с криками. Свободная рука Виктора неустанно скользила то по моей груди, до боли сжимая соски и вызывая всё больше удовольствия, то сжимая ягодицы. С каждым мигом его движения становились всё сильнее, его плоть, казалось, разрывала меня изнутри, доставляя вместе с болью безумное удовольствие. Не жалея голоса, не думая о том, что могут подумать эльфы внизу и хозяин особняка, я стонал и кричал, звал брата по имени и подавался бёдрами ему навстречу. Я чувствовал то, что чувствовал он - безумную тягу ко мне, желание, страсть, болезненную нежность. Словно оплетённые золотыми нитями, мы не могли насытиться друг другом, всё яростнее двигаясь, вслушиваясь в тела и голоса друг друга. Когда же он покинул моё тело, так и не доведя меня до разрядки, я издал рык, повернувшись, не смотря на боль и притягивая его к себе за плечи, впиваясь ногтями в его бледную кожу.

На его губах сияла то ли улыбка, то ли безумная ухмылка, а глаза так и сверкали, гипнотизировали.