Янтарь (СИ)

И, видит бог, я хотела этого больше всего на свете, потому что даже если в большом зале все прошло можно сказать на удивление хорошо и совершенно не так, как я ожидала, то общества девушек я боялась больше, чем ярости их медвежьих мужей!

Почему?…

Да просто я бы самолично убила любую, если бы мне сказали, что именно она стала причиной большой и незаслуженной боли моего любимого мужа! И меня вводило в полный ужас и совершенное непонимание того, почему ни одна из них не торопилась сделать это со мной, когда они все прекрасно слышали своими ушами в большом зале!

— Подожди минуточку… — я осторожно затормозила, натягивая в руке Тайги свою кофту и заставляя ее остановиться, что девушка и сделала, оборачиваясь ко мне как всегда спокойная и милая, когда я подумала о том, какая все таки ирония иногда случается в жизни.

Ту, которую я ревновала до пара из всех отверстий в собственном теле, и считала чуть ли не своей главной противницей, неожиданно стала моим единственным другом и опорой в большой семьей Янтаря, в которую я попала не самым лучшим образом.

Как же так вышло и сколько тайн было за плечами этой рыжеволосой девушки, которая не побоялась встать даже напротив самого жуткого и тёмного из Кадьяков, чтобы защитить меня?

— Я хочу увидеть Молчуна…"

"Тайга молча кивнула, поменяв направление своего движение лишь слегка, когда завернула куда-то влево по просторному деревянному коридору, отпуская меня и зашагав размеренно вперед, ни говоря ни слова, но и не пылая негативом, раздражением или злобой в отношении меня.

— …И спасибо… — прошептала я смущенно, но искренне за ее спиной, тихо шагая за той, кто за один-единственый день стал мне так близок, начиная краснеть и ругать себя еще сильнее за то, что совершенно не разбираюсь ни в людях, ни в Берах.

— Не стОит, — спокойно пожала плечами Тайга, останавливаясь у большой открытой двери, откуда даже здесь в коридоре можно было услышать сладкое сопение и чмоканья малышей-беров, — Я лишь сказала правду, только и всего.

— Ты спасла меня от этого ненормального Карата! Я его жутко боюсь — И не зря, — чуть дернула рыжей бровью Тайга, оставляя после своих слов многозначительную паузу, от которой по моей коже буквально пронесся мороз, и спокойно разворачиваясь, чтобы тихо и аккуратно войти в комнату, где царил полумрак, было тепло и пахло молоком.

Вот она! Святая святых!

Задержав дыхание от восторга и какой-то эйфории, словно я сейчас прикоснусь к чему-то тайному и волшебному, я сделала один робкий шаг за Тайгой, тут же буквально окунувшись в атмосферу неги и полной гармонии, словно ступила на воздушное сладкое облако, озаряемая теплом солнца, даже если его не было здесь.