Яков. Воспоминания (СИ)

— Дома я отсыпался, дома я был!

— Кто подтвердить может?

— Никто, — понурился он, поняв, видимо, что отсутствие алиби делает его уязвимым.

Я продолжал давить на него:

— Вы не хотели деньги призовые невесте Сажина отдавать.

— Отдал я ей все, отдал! — он уже почти что кричал. — Пять человек видело, что я в четыре часа дня отдал ей деньги, после чего я пошел домой!

— Не пошли Вы домой, — подхватил мою линию Коробейников, — а пошли за Настей. И повесили ее в роще!

— А деньги забрали, — перехватил я инициативу у Антона Андреевича.

Все, он готов. Сорвался на крик:

— Не было такого!!!

— А что было? — вкрадчиво спросил Антон Андреевич.

— Вы закопали тело Сажина? — спросил я Фидара, наклоняясь к нему для пущего давления.

— Да! Да!!! — он уже не мог сохранять спокойствие, а кричал мне в ответ. — Мы закопали Сажина! А что нам оставалось делать, а? От чего он помер, непонятно. А тут еще доктор Головин заволновался. А как следствие начнется? — он понурился, видимо, вспомнив, что следствие все равно началось. — Вот мы с Настей и договорились, что я отдаю все деньги сполна, хотя она ему никто, даже не жена. А она за это тело не хоронит на кладбище.

Ну что ж, кое-что проясняется. Значит, доктор Головин взволновался из-за смерти Сажина? И настоял, чтобы тело спрятали? А мне он, помнится, говорил, что не знает, куда тело делось.

— Антон Андреич, доктора Головина сюда давайте.

Сейчас мы этим двоим устроим очную ставку и посмотрим, как они будут выкручиваться.

Очная ставка между подозреваемыми зачастую весьма скандальное и шумное мероприятие.

— Наговор! Как у вас язык-то поворачивается! — кричал Фидару доктор Головин. — Это ж надо ж такое придумать, чтобы я велел тело закопать! Зачем мне это?!

— Впрямую не велели! — орал ему в ответ Фидар. — Да и не начальник Вы мне! Но все и так изначально было понятно! Чтобы спасти дело, надо было за вами подчистить!!!

— Вот и выходит, — прервал их свару Антон Андреевич, обращаясь к Головину, — что он умер, Илья, из-за Ваших лекарств.

— Чушь! — доктор Головин не сдавался и продолжал стоять на своем. — Мои препараты не при чем! Не знаю, от чего он умер!

— Как же так? — я позволяю себе сарказм. — Вы же врач! А где Вы были в момент смерти?

— Как где? Как где? — кажется, Головин близок к истерике. — Я был в зале, все меня видели! Потом меня позвали в подсобку.

В дверь постучали. Дежурный городовой принес записку от доктора Милца. Доктор Головин умолк испуганно, наблюдая со страхом, как я читаю. Затем не выдержал:

— Ну? Что там?

Я посмотрел на него внимательно:

— Экспертиза показала, что Сажин не принимал Ваших препаратов.

Лицо доктора Головина расплылось в довольной улыбке, полной облегчения:

— Ну, я же говорил! Говорил, а?

— Не там ищете, — внезапно подал голос Фидар.