Яков. Воспоминания (СИ)

Совсем забыли нас.

— Не справляетесь без меня? — улыбнулась ему Анна."

"— Если честно, тяжеловато приходится, — попытался я поучаствовать в их шутливой беседе.

Улыбка сбежала с лица Анны Викторовна при звуке моего голоса. Шутить со мной ей было неинтересно. Да и шутил ли я? Хотел присоединиться к веселью, но сказал-то правду. Причем, совсем несмешную.

— А я вот пришла помочь Вам по старой дружбе, — чуть смущенно произнесла Анна Викторовна, устраиваясь на стуле перед моим столом.

«По старой дружбе». Вот как она теперь называет все, что было. И глаз на меня не поднимает совсем.

— Слушаем Вас, — ответил я, стараясь ничем не выдать своего эмоционального состояния.

— Скажите пожалуйста, — произнесла Анна Викторовна, старательно делая вид, что занята сумочкой, перчатками — да чем угодно у себя на коленях, лишь бы взгляд не поднимать. — А не разыскивается ли некая молодая особа по делу об убийстве Андрэ, ассистента некой мадам Де Бо?

— Ну, не томите, — поторопил я ее, — рассказывайте.

— Это горничная в доме купца Зуева, — подняла на меня наконец-то взгляд Анна Викторовна, — зовут Ульяна. И, по всей видимости, она попала в дом к купцу не без помощи этой мадам Де Бо.

— Что же получается, — удивился Коробейников, — Зуева меня обманула? Она ходила к мадам Де Бо по поводу этой горничной.

— Еще я знаю, — продолжила Анна Викторовна, — что Андрэ был влюблен в эту девушку. Да, и еще ее связывают странные отношения с конторщиком купца Зуева.

— Загадочная особа? — спросил я.

— Весьма, — подтвердила Анна. — Она темнокожая. Негритянка.

— То есть, в самом деле? — изумился мой помощник. — Как? В наших краях?

— Антон Андреич, — велел я ему, — найдите ее и приведите к нам.

Коробейников, заинтригованный такой перспективой, мгновенно собрался и вылетел за порог. В кабинете остались мы вдвоем с Анной Викторовной. Несколько минут назад я хотел создать такую ситуацию намеренно, но вот она создалась сама. А я не знаю, что сказать. Ведь мне нечего сказать, на самом деле. И я могу лишь молча смотреть на нее.

— Очевидно, что конторщика и девушку связывают весьма трогательные отношения, — напряженно сказала Анна Викторовна, не желая, видимо, длить неловкую паузу. — Я видела, как они разговаривали.

Хорошо, я согласен. Будем говорить о деле. Только бы она не уходила, позволила полюбоваться на нее еще хоть краткое время.

— Случайно, разумеется, — добавила Анна Викторовна, хоть я продолжал молчать и ни о чем ее не спрашивал. — Хотя чего уж там, я подглядывала за ними в окно. Да, знаю, знаю, — добавила она смущенно, — что это ужасно неприлично.

И подняла на меня глаза, ожидая, видимо, что я, как всегда, стану ее ругать за самостоятельное расследование. Ругаться не хотелось.