Яков. Воспоминания (СИ)

— Лирика все это, Антон Андреич, — сказал я ему, — а Вы должны руководствоваться фактами. Прочли дело, знаете все обстоятельства. Не заметили ничего странного? Может, какое несоответствие?

— Да нет, вроде, — несколько неуверенно сказал мой помощник. Он всегда чувствовал себя слегка неуверенно, когда я вместо четких указаний давал приказ найти мне хоть что-нибудь. — Вроде все соответствует.

— Орудие убийства? — спросил я его.

— Клинок в трости, — четко ответил Коробейников.

— Принадлежавшей Андрею Кулагину, — дополнил я. — Нашли его где?

— В прихожей.

— Где и положено ему быть, — продолжил я. — На клинке кровь, так?

— Так, — согласился Антон Андреич, явно пытаясь понять, к чему я веду."

"— Так вот Вы мне скажите, — спросил я его, — зачем Кулагин, убив своего брата, вышел в прихожую, аккуратно поставил там трость и возвратился обратно в гостиную?

— Что-то забыл? — предположил Коробейников. — Либо чтобы запутать следствие.

— Хорошо, — продолжил я рассуждения, — но вот заключение судмедэксперта, нашего доктора. Размер и характер раны приблизительно соответствуют форме клинка.

— Ну да, — согласился Антон Андреич, проглядывая заключение.

— Приблизительно соответствуют! — указал я ему. — Вы когда-нибудь слышали, чтобы наш доктор так изъяснялся?

— Да нет же, — ответил Коробейников. — Он всегда предельно точен в формулировках.

— Вот именно, — подтвердил я. — И вообще, судя по протоколу, судмедэксперта на месте преступления не было. Вот это странно. Такое убийство, убийство городского головы! Обязательно должен присутствовать судмедэксперт.

А его не пригласили почему-то. И невольно приходит в голову, что это было сделано намеренно. Дотошность и острый ум нашего доктора были общеизвестны, и, похоже, его не позвали, чтобы не высмотрел чего-то лишнего.

— Это должно что-то значить, — ответил Коробейников. — Но я пока в толк не возьму, что именно.

Ясно, что до мысли о том, что Кулагина подставили специально, а дело против него было сфабриковано, честный Антон Андреич пока не добрался. Торопить его с этим я не стану. Даже для меня отвратительна мысль о подобном, а искреннему Коробейникову, влюбленному в свою работу, она будет вовсе неприемлема. Пусть лучше он сам найдет эту истину, тогда ему легче будет в нее поверить.

— Пока не знаю, — ответил я ему. — Но это дает Вам повод покопаться в этом деле.

— А что вы знаете об этом судебном следователе, Изварине, — спросил я помощника, — ведь Вы еще застали его в полиции?

Антон Андреич несколько оживился. В таких вопросах он был куда увереннее в себе, чем в самостоятельном анализе.

— Да, — ответил он, — но знаю немного. Знаю то же, что и все.