Яков. Воспоминания (СИ)

— Вот как? — спросил я его холодно, подходя к его столу.

— Я не то хотел сказать, — торопливо заявил Антон Андреич, с опаской поднимаясь мне навстречу. — То есть, я хотел сказать совсем другое.

— Вы опросили прислугу в гостинице по поводу посетителей поручика Львова? — спросил я.

На самом деле, я читал его отчет и знал, что во время того опроса он допустил несомненный промах. И сейчас я его заставлю этот промах исправить. Да-да, вот прямо сейчас! Чтобы убрался из кабинета и не мешал мне… В общем, работать ему нужно тщательнее.

— Да, но… — потупился Коробейников.

— Что? — спросил я его резко.

— Только о посетительницах, — ответил он виновато.

— Почему? — продолжал я неумолимо.

— Ну, мы же тогда еще не думали… — смутился он еще сильнее.

— Что не думали?

— Ну, то есть не знали… — он повесил голову. — Виноват.

— Готово! — прервала мой разнос Анна Викторовна, подавая мне рисунок. — Только знаете, кажется, у него еще усы были.

С рисунка на меня смотрело лицо худощавого мужчины лет тридцати. Линии были уверенными, чувствовалось, что художница отлично владеет своим даром.

— Браво, искусная работа, — похвалил я, — А как насчет сходства?

— Ну, тут Вы можете быть уверены, — сказала Анна Викторовна.

— Отлично, — сказал я, показывая портрет Коробейникову. — Я в гостиницу, а Вы просмотрите нашу картотеку. Лицо запомнили?

Он кивнул расстроено, все еще переживая мой разнос и свою ошибку. Пусть попереживает. В следующий раз будет работать внимательнее. А я сейчас поеду, закончу то, что он начал. И заодно отвезу Анну Викторовну домой. А то стемнело уже.

— Нет, этого господина я не видел, — сообщил мне управляющий гостиницей, когда я показал ему рисунок Анны Викторовны. — Барышня посещала покойника, а этот… не знаю. Может быть, Ваську-посыльного спросить? Он здесь чистит клиентам обувь по ночам.

— Давайте, — согласился я.

Управляющий позвал Ваську, того самого пацана, который относил письма Львова Евгении и Тимохину. Тот узнал человека на портрете сразу, не задумываясь. Видимо, Анна Викторовна и в самом деле очень точно передала сходство с оригиналом.

— Да, он был тут, — подтвердил посыльный. — Я обувь чистил, а он тут проходил. А потом подошел к двери и остановился, потому что из двадцать пятого номера вышел другой господин.

Двадцать пятый был как раз тем, который занимал покойный поручик Львов.

— Какой другой? — спросил я мальчика.

— Да обыкновенный, — махнул рукой посыльный. — А этот, с портрета, спрятался вот так и смотрел, как тот уходит. Потом подошел к двери двадцать пятого нумера и постучал, но ему не открыли. И он тоже ушел.

— А как выглядел тот, который вышел из номера? — спросил я.

— А я его не видел, — ответил Васька. — Он ко мне спиной был и пошел туда, к лестнице.