Яков. Воспоминания (СИ)

Просто не должно так смотреть на женщину, ни на какую. И я с удовольствием объяснил бы ему это любым доступным способом, дай он мне хоть малейший повод.

Взгляды же Павла Ивановича оскорбительными не были. Напротив, он смотрел на Анну с возвышенным восхищением, чуть ли не как на богиню. И ей его внимание было приятно, оно ей льстило. Но почему-то меня раздражало именно то, что его внимание доставило ей удовольствие.

Так, ладно. Хватит уже этих размышлений. А то я сейчас сам себя уговорю, что вправду ревную, будто имею к тому какие-нибудь права. Анна Викторовна свободная незамужняя девушка, и молодой умный студент куда лучшая для нее компания, чем сыщик с бурным прошлым.

Кстати о прошлом. Надо все-таки послать запрос и выяснить, почему Павел Иванович на самом деле был вынужден покинуть Петербург.

Следующим утром я допрашивал чистильщика. Он наконец-то проспался и теперь страдал жутким похмельем. Вины в убийстве он не признавал, хотя и не отрицал, что залез в дом для кражи.

— Ну, не убивал я, Ваше Высокобродие! — ударял он себя в грудь кулаками. — Ложки взял! Но не убивал! Она уж там мертвая лежала.

— Ложки, значит, только взял? — спросил я его. — Ну, а кто ж тогда убил, если не ты?

— Так девка эта и убила! — предложил свою версию чистильщик. — Барышня из дома как полоумная побежала! А я там пьяненький сидел. А она по улице как припустила! А я пошел в дом, посмотреть, ну, чего там. А она уж там мертвая, хозяйка. Ложки взял. Ну зачем они ей? Барышня убила! Лица на ей не было, и побежала. Дайте водички, а? Ваше Высокобродие!

Я кивнул Коробейникову, чтоб налил воды. Чистильщик благодарно принял стакан, выхлестал одним глотком.

— Не убивал, значит? — спросил я, когда чистильщик напился.

— Нет, ей Богу! — размашисто перекрестился он.

— Ты вот что мне скажи, — продолжил я расспросы. — Ты ведь напротив этого дома Курочкиной днями напролет сидишь.

— Так и ночами тоже! — подтвердил чистильщик. — А чего мне далеко ходить? Я и сплю там!

— Ну так тем более, значит, должен был видеть, кто там возле дома крутится, кто к ней в гости приходил.

— Дак одна она живет-то! — изумился чистильщик. — Кому она нужна!"

"— Ты давай вспоминай! — припугнул его Антон Андреич. — Не то на каторгу пойдешь за убийство.

— Точно! — вспомнил задержанный. — Заходил к ней один мастеровой на днях.

— Мастеровой?

— Да! Зашел к ней с черного входу и с саду, — подтвердил чистильщик. — А она ему сразу калитку-то открыла.

— Когда это было? — уточнил я.

— Не помню! — чистильщик растерянно развел руками. Похоже, из-за непрерывного пьянства своего с датами он был не в ладах. — Ну, вот, на днях!

— Да нет! — рассердился я его бестолковости.