Яков. Воспоминания (СИ)

— Не знаю, — ответил я, не желая подписываться под непроверенной еще версией.

— А орудие убийства? — поинтересовался Трегубов.

— Кирпич, — ответил я спокойно. — Найден возле трупа.

— Ну, так ищите, Яков Платоныч, — повелело новое начальство. — Ищите!

— Так мы ищем, Николай Васильевич, — ответил я ему с легкой улыбкой.

Все. Я новому начальству больше не интересен. На все у меня есть ответ, и придраться пока не к чему. А главное, я его не боюсь, а стало быть, и страх на меня наводить неинтересно. Quod erat demonstrandum.

Трегубов повернулся к двери, собираясь покинуть кабинет, но я остановил его в последний момент:

— Я прошу Вас, Николай Васильевич, — обратился я к нему деловым тоном, — дайте распоряжение в архив, чтобы посмотрели, нет ли чего в прошлом на госпожу Курочкину.

Трегубов даже усмехнулся от моей наглости! Мало того, что этот следак из Петербурга его вовсе не испугался, так еще и с просьбами смеет обращаться.

— Я распоряжусь, — пообещал он и покинул, наконец, кабинет, явно унося с собой мнение обо мне как о подчиненном непокорном и неудобном.

Но меня не волновало это его мнение. Во-первых, оно не отличалось от мнения всех других моих начальников, как в Затонске, так и в Петербурге. А во-вторых, мне не давало покоя то, что я никак не мог вспомнить чего-то про эту Курочкину. Где-то проскакивало ее имя. В каком-то очень значимом деле. Но, видимо, проскакивало настолько вскользь, что я не запомнил. Надеюсь, поиски в архиве принесут что-то полезное.

Ну, а пока я решил съездить к доктору Милцу, дабы убедиться, что Курочкину убили именно так, как мы и предполагали. Коробейникову же я поручил отпечатать и разобрать фотографии, сделанные вчера на месте преступления.

Доктор интересными новостями меня не порадовал. Курочкина была убита ударом по голове, причем, именно тем кирпичом, который был найден рядом с ней. Кирпич, кстати, был идентичен тем, что лежали на бочках в подвале. Мы с доктором еще немножко пообсуждали нового полицмейстера, и я вернулся в управление.

Коробейников, вооружившись увеличительным стеклом, все еще просматривал фотографии, которыми был завален весь его стол.

— Как успехи, Антон Андреич? — поинтересовался я.

— Вот, все готово! — показал он мне на стол. — Карточки с места происшествия.

— Вы мне будете нужны, — предупредил я помощника, — необходимо будет опросить знакомых и соседей убитой.

Говоря это, я взял со стола одну из фотографий, внимательно ее рассматривая. Какая-то мелочь в углу снимка привлекла мой взгляд.

— А что это? — спросил я Коробейникова, показывая на мелкую деталь на фотографии.

Антон Андреич взглянул на карточку, потом с недоумением на меня, но ответил на всякий случай:

— Тело."

"И даже головой кивнул в подтверждение.