Яков. Воспоминания (СИ)

— Дело в том, — пояснил доктор Милц присутствие своего коллеги, — что доктор Сомов, я полагаю, был единственным, кто мог выписать морфин.

Ай да доктор Милц! Вот молодец! Я думал, мне будет непросто выяснить происхождение препарата, найденного у покойной Григорьевой. А он вот подсуетился, причем по собственной инициативе. И, вполне возможно, я сейчас получу объяснение того, откуда Женя взяла морфин.

Доктор Сомов сделал шаг к столу, намереваясь поднять простыню, закрывавшую лицо покойной. Приостановился на секунду, взглянул на меня вежливо:

— Вы позволите?

— Конечно, — Я отошел в сторону, чтобы не мешать врачам.

Сомов взглянул на лицо мертвой девушки, вновь опустил простыню и повернулся ко мне:

— Собственно, назначение абсолютно соответствовало показаниям. Выхода, к сожалению, не было никакого. У нее уже начинались боли.

— Так Вы лечили ее? — уточнил я.

— Да, это моя пациентка, — подтвердил Сомов.

— И болезнь у нее была неизлечимая?

— Да, — твердо ответил врач. — И она об этом знала доподлинно.

— В курсе были, чем девушка на жизнь зарабатывает? — поинтересовался я у него.

— Меня, как врача, это мало интересовало, — с легким раздражением в голосе ответил доктор Сомов. — Я провел обследование и выявил опухоль.

— И сразу же ей сообщили?

— Обрисовал ей общее положение дел. Максимум, полгода тяжелой болезни. Очень тяжелой. Признаться, — добавил он с некоторым недоумением, — восприняла она это совершенно спокойно.

— Возможно, уже чувствовала что-то, — предположил я.

— Да, несомненно, — вздохнул доктор Сомов.

— Ну что ж, благодарю Вас, — сказал я ему. — Вы свободны.

Доктор Сомов кивнул мне и Милцу и молча покинул кабинет."

"— Значит, доктор Сомов, — обратился я к Александру Францевичу после его ухода. — И что же он за птица?

— Он очень толковый доктор, — ответил Милц, — имеет свою частную практику.

— Что же он, в таком случае, в больнице делает? — удивился я.

— Ну так ведь наш попечитель, — начал пояснять доктор, — ну, господин Яковлев…

— Он что, — перебил я Милца, — к нему отношение имеет?

Александр Францевич усмехнулся:

— Сомов его личный семейный доктор.

— Вот как! То доктор, то управляющий, — я взглянул на доктора Милца, размышляя вслух, — и за всеми господин Яковлев?

— Вы что, полагаете, — встревожился доктор, — что это он мог интересоваться девушкой?

Было, от чего встревожиться. Яковлев был не просто богачом, он был весьма влиятельной фигурой в городе, и уважаемой, так как не был жаден и на благотворительность денег не жалел. Именно он финансировал городскую больницу и приют для сирот в Затонске. И мне следует быть крайне осторожным и дипломатичным, если я хочу что-либо от него узнать в плане полицейского расследования.