Старшая жена. Любовь после измены (СИ)

Конечно, потом Томи пришлось оправдываться, что все это случайность. Но ей не верил и впервые говорил на повышенных тонах. А Томи в глубине души ликовала: после унижения в больнице, когда подруги Айлин посмеялись над ней, ей хотелось реванша. И она его добилась через боль дочерей.

После развода Рустам переехал в таунхауз. Теперь он был полностью ее мужчиной. Томи не нужно было больше делить его с женой, довольствоваться парой часов в день, подбирать крохи его внимания. В свое оправдание она говорила себе, что сделала все правильно, потому что она очень сильно любит Рустама. Даже сильнее, чем того, другого. Томирис снова и снова доказывала себе, и будто всему миру, что достойна любви. Отец бросил, мать не любила и вставала на сторону отчима. А что первый, что второй мужчина в ее жизни были женаты и не собирались бросать своих жен. Несколько лет назад она ошиблась, сглупила и пошла на крайние меры, которые привели к трагедии. В этот раз она решила действовать на опережение, потому и пришла к Айлин. Ей нужен был Рустам. Не просто как любовник или покровитель. Она хотела стать его официальной женой.

- Жааан, - защебетала она, глядя, как он ест приготовленный ею стейк. – А если ты уже в разводе, мы же можем пожениться?

Рустам подавился куском мяса и принялся стучать кулаком по грудине.

- Что? - сипло переспросил он после того, как осушил стакан воды.

- Ты же уже свободный мужчина. У нас сын. И я думала, что раз мы любим друг друга, то…

- Подожди, Томи. Ты слишком торопишься.

- В смысле? Ты меня не любишь? – она поджала губы от недовольства.

- Люблю, - сказал он как-то отстраненно, не так, как раньше. – Но сейчас не время. У нас был проект с отцом Айлин. И сейчас он под большим вопросом. Если мы поженимся сейчас, то это все усложнит. Дай мне время.

А как было раньше? До того, как она открыла правду его жене, он говорил «люблю» и правда это подразумевал. Рустам и смотрел на нее с обожанием, и брал жадно, и постель их горела огнем. Но с тех пор, как байбише захотела развестись, его будто подменили. Томирис поняла, что надо действовать радикально и увеличила дозу трав, которые дала ей ясновидящая. Она искренне считала, что вреда от них не будет. Ведь до этого все было нормально. И вуаля: он по-прежнему возбуждался от ее прикосновений, но вне спальни стал раздражительным. И под горячую руку попадала она. Сначала он взбесился, когда она попросила познакомить ее с его родителями. Потом Томирис неосторожно высказалась, что у его младшей дочери воспаление хитрости. Он тогда озверел и кричал на нее, а она все сжалась, как испуганный суслик.

Через несколько дней Рустам заявился домой поздно ночью. Он был в стельку пьян, от него за километр разило виски.