Избранные Луной (СИ)

И хоть мы с Алекс не одобряем в соревнованиях этот нелепый стриптиз, но, если взглянуть с чисто женской стороны, нельзя не признать всю эффектность зрелища. Крики, улюлюканья и свистки обезумевших вокруг девушек служат тому подтверждением.

Мэйс незаметно подмигивает Мэг и Лу. Те едва заметно кивают и в следующую секунду окружают своего старшего брата, виснут на его руках, загораживают от нас троих и засыпают альфу вопросами об автомобилях. Он предпринимает попытку повернуться, но сестры в ответ обнимают сильнее, не оставляя ему шанса — ха, ты даже не представляешь, с кем связался, альфочка.

Мою ладонь накрывает теплая рука, и близнец незаметно уводит нас с сестрой подальше от толпы.

— У нас две минуты на сборы. — шепотом сообщает Мэйс.

Алекс спешно снимает с плеч красный плащ, который, как шутит брат, стал эротической фантазией многих местных оборотней, и передает его мне. Быстро накидываю, затягиваю завязки. Сестра помогает собрать в высокий хвост волосы, одобряюще улыбается и уверяет, что не сомневается в нашей победе. А я снова беру Мэйса за руку и кивком сообщаю о готовности.

Присутствие Оуэна, несомненно, смущает.

Временами перед гонками меня настигает волнение, но я довольно быстро с ним справляюсь.

Бегать в лесу вместе с другими я никогда не соглашаюсь, так как неизменно прихожу последней. Неизменный местный лузер. А иногда из жалости ко мне оборотни начинают снижать свой темп — но это еще хуже. Лузер в кубе.

Гонки же стали моей отдушиной. Они помогают восполнить нереализованную жажду скорости.

Необходимо сосредоточиться и почистить голову от совершенно ненужных в эту минуту мыслей — понимаю, но получается плохо.

Надо заметить, присутствие Оуэна, смущает не меня одну. Как только мы появились, нас стали приветствовать менее фамильярными словечками, чем обычно. Некоторые и вовсе молчали, будто воды в рот набрали. Только почтительно кивали, вызывая ухмылки на лицах младших членов семьи Стефенсонов. Самого альфу ничего не смущало. То ли он не замечал отношения окружающих, то ли принимал его, как должное.

Девушки откровенно пускали слюни и стреляли в него многообещающими взглядами — и первый раз я пожалела, что рядом с ним нет Патриции. А затем незаметно для самой себя обзавелась вдруг целым списком личностей, которых следовало: уничтожить и развеять прах над Озером Гаснущих.

Пыталась остановить кровожадно-ревностные мысли в голове, но список продолжал безостановочно пополняться.

Когда семейство Стефенсонов заняло своё обычное место среди зрителей, остальные почтительно от нас отодвинулись и встали чуть поодаль — раньше такого тоже никогда не было.

Илай добавил масла в огонь, объявив гонки особенными, раз их почтил своим присутствием сам Оуэн Стефенсон.