Пуговка от бывшего мужа. Исцелю любовью (СИ)

На секунду выдыхаю. Думала, что она расплачется, а нам придётся ретироваться, чтобы квартира не утонула в детских криках и слезах. Но их знакомство проходит хорошо. Поля залезает на диван, садится рядом и кивает на Джека. Показывает, как нужно его гладить, что говорить. Как самый настоящий учитель.

Испытываю гордость за свою малютку.

Мальчик в один момент вырывается из рук, и Леон отпускает его на пол. По возрасту, кажется, он уже должен ходить.

Угадала – тут же срывается с места и убегает от своего нового папы.

– Торпеда мелкая, – чеканит тот с осуждением. Но я не слышу в его словах ненависти или презрения. Только усталость.

– Ты совсем не отдыхал? – спрашиваю. И тут же чувствую, как кто-то врезается в мои ноги. Опускаю взгляд – Матвей, вытянув ладошки вперёд, просится на ручки.

– Попробуй здесь отдохнуть, – вздыхает Новак. – Он постоянно на мне висит. Я поел-то один раз за всё время, да и то с ним. Мечтаю о душе и десяти минутах тишины.

Слушая Леона, растерянно подхватываю малыша, сажаю себе на коленки. Почему он ко мне так спешил?

– Ты чего? Устал от дядьки?"

"Вместо ответа его крохотные пальчики касаются моей груди. Маленький наглец без спроса лезет в вырез платья, по-хозяйски сжимая кожу. Боже, и почему именно сегодня я не надела лифчик? Было дико жарко, и я решила этого не делать.

Не ожидала такого! В наглую!

Матвей прикасается губами к моей груди через платье, и я дёргаюсь, нервно улыбаясь и убирая его от себя. Становится неловко и в то же время страшно. Не только от того, что сквозь белую и влажную от слюней ткань теперь чётко очерчивается горошина.

Взгляд летит на дочку. Она насуплено смотрит на мальчика.

Всё-таки ревнует…

Я невольно вспоминаю, как Полина отказалась от груди в два года. Стала самостоятельной девочкой. Как наяву, вновь испытываю забытые ощущения – и за ребрами магма растекается. Только недавно дочь была совсем крошкой, а теперь взрослая такая… Иногда мне не хватает тех времён. Скучаю по связи, которая была между нами во время кормления.

Чёрт, я снова хочу ещё одного малыша.

Но нельзя. Пуговку бы не обделить вниманием. Порой я считаю себя отвратительной мамой, ведь и так оставляю её часто с бабушкой.

– Чёрт, прости, – ругнувшись, Новак быстро забирает сорванца из моих рук. – Забыл предупредить. У него ещё осталась старая привычка. Люба говорила, что у него есть такая фишка. Один раз он пытался укусить за сосок даже меня.

Я тихонько смеюсь.

– Люба – это?.. – решаю уточнить для полноты картины. Поведение Матвея вполне оправдано. Он же кроха совсем.

– Воспитательница из дома малютки.

– А…

– Малыш всё ещё скучает по матери. Мариса кормила его грудью.

Поправляю ткань, чтобы перестала прилипать к коже.

– Всё нормально, бывает. Маленький же.