Хозяйка Мозеби (СИ)

Сын барона, Ханс, поехал с отцом, а крошка- дочь опального (по сути) чиновника осталась на родине в доме его огорченных родителей…

* * *

Эмиль Ниссен тяжко вздохнул: ему предстояло сообщить неутешительные новости Иверу Петерсену, а через него – той дылде- виконтессе, оказавшейся умной и талантливой писательницей (юноша давно об этом догадался) , чрезвычайно ценимой бывшим мэром, даже более того…

А еще было жаль, что не сможет он прочитать новые интересные истории дядюшки Палле…

«Черт бы подрал, прости господи, этих высокопоставленных «голубокровных» дворян!» – сплюнул молодой клерк и потащился на свое рабочее место…

PS. Фамилия барона изменена.

Глава 36

Хозяйка Мозеби выслушала расстроенного Ивера спокойно, забрала последний гонорар и отправилась пройтись: надо было сбросить негатив и принять случившееся раз и навсегда."

"Идя к Хесне, она невольно порадовалась солнечной и теплой погоде – можно будет искупаться, пока мальчишки, увязавшиеся с ней, будут играть с приятелями. Айрис, занятая очередной вышивкой, с облегчением от прогулки отказалась, когда поняла, что госпожа не настаивает на ее компании.

Ильзэ без вопросов дала госпоже кусок чистого полотна, и Нина пошла прочь от деревни так далеко, как могла. Поняв, что ее не видно, попаданка разделась донага, вошла в прохладную (другой здесь не бывает) воду и поплыла, отдавая морской волне несбывшиеся мечты, горечь разочарования и боль потери…

Когда усталость дала о себе знать, Нина вернулась, оделась и долго сидела на пустынном берегу, глядя на пенистый прибой, голубое небо и безбрежную даль, перебирая машинально ракушки, галечник, песок, вдыхая влажный морской воздух и отпуская недавнее прошлое по имени Кристиан Нильсен, «сэр Шон», барон Брагау , ее вторую первую любовь…

* * *

Этот заплыв поставил точку в сомнениях и переживаниях виконтессы.

«Хорошо, что я в нем не ошиблась: порядочный человек и нормальный мужчина. Такого полюбить не грех… Надеюсь, даже уверена, что в здешней вариации моей родины живут такие же по духу люди, как и у нас, а значит, Кристиан сможет устроиться и жить там благополучно – иностранцев во все века у нас разве что не боготворили…

В город я более ни ногой, если нет весомого повода, а сочинять все равно буду! Фалькстар не может быть единственным местом, где любят сказки…И на моей улице перевернется самосвал с пряниками!

И вообще, жизнь только начинается, миледи Нинель! Выше нос и хвост морковкой! То, что нас не убивает – делает сильнее!»

* * *

Дни, наполненные трудом, бежали вслед за ветром.

Грядки Иды удивили неожиданными открытиями: из неопознанных семян выросли редис, перцы и кабачки!

Ида сначала расстроилась, мол, чего от жадности у последней хозяйки выпросила, но Нина ее сомнения развеяла.