Бестужев. Служба Государевой Безопасности (СИ)

Зато очень много раз. Удовлетворение от получения информации я не испытал, больше разочарования и неопределенности. Впрочем, может я зря тороплюсь с выводами? Может быть они и не причем? Может хотя бы она не причем? Мне очень хотелось бы так думать.

Я не стал дожидаться шести часов, оделся и направился к подполковнику. Очень надеюсь, что он на месте и не откажет мне в аудиенции. Мне повезло, он был на месте, не отказал, но просил подождать. Плюхнувшись на стоящий в коридоре напротив кабинета скрипучий кожаный диван, я снова начал перелистывать добытую Витей инфу. Зато теперь я знаю её имя. Елизавета Марковна, дочь одной из лидеров контрразведки Элеоноры Фридриховны Лёвенвольде, ярой сподвижницы и надежного сотрудника герцога Альтенбургского. Лиза."

"Вот ведь какой парадокс, имя теперь знаю, но она не стала ближе, а наоборот отдалилась на другой конец галактики. Вот же черт! А я ещё подумал, что уже где-то видел лица этих парней. Какого уровня оказалось лицемерие, они ведь приняли тогда помощь от нас. Неужели это возможно, принимать помощь и искренне благодарить за помощь того, кого совсем недавно собирались оставить подыхать в полном чудовищ лесу?

У меня это в голове не укладывается, может быть всё-таки это не они сожгли наш Урал? Они ведь в итоге пострадали даже больше нас. Павлов сказал, что завтра мы поедем на задание с другой группой, которая тоже утратила транспорт. Думаю, что речь идет именно об этом звене. Хочу ли я их снова увидеть? Её скорее всего да, а вот остальных навряд ли.

Дверь кабинета распахнулась, на пороге стоял Владимир Иванович. Лицо его было чернее грозовой тучи, но, как я понял, злился он не на меня.

— Заходи, — коротко сказал он и вернулся за стол. Мне указал на стул напротив. — Садись.

Я медленно опустился на стул, не сводя с него глаз. Он так же непрерывно смотрел на меня. Хотя нет, он смотрел словно насквозь, собираясь с мыслями и переваривая какую-то информацию.

— Что хотел? — строго, но спокойно спросил он.

— Я похоже знаю, кто мог сжечь нашу бронемашину, — начал я. Всё выкладывать не буду, как я объясню, где взял список практикантов? — Мне прислали видео с регистратора те, кого я подозревал изначально. В кадр попал другой такой же броневик, как наш. Но это не точно, что они виноваты.

— Наши эксперты добыли запись с вашего регистратора. Сам регистратор исчез, они видимо не знали, что запись ведется на скрытый и защищенный от повреждений жесткий диск.

— Ого! В машине есть черный ящик?

— Что? — искренне удивился подполковник.

— Ну это так, образно, — скривился я. На эмоциях иногда всплывают неуместные словечки и понятия. — извините, ваше высокоблагородие, я слушаю.

— Это я слушаю, — недовольно хмыкнул Павлов, проведя неосознанно пальцами по шраму на лице.