Его огонь горит для меня. Том 1 (СИ)

 — он застыл на месте, остекленел взглядом и отдал честь, а я поняла, что он просто дурачится, и рассмеялась. Он отмер, подмигнул мне, и мы продолжили путь. В моём новом соглядатае есть свои плюсы, хотя бы будет не так скучно.

— Вы умеете хранить тайны, господин Хашшаль?

— Никак нет.

— В таком случае придётся научиться, ведь я планирую вам их раскрывать. Кроме того, сегодня вы станете соучастником преступления против частной собственности.

— Планируете кого-то обокрасть?

— Группой лиц по предварительному сговору, заметьте, это отягчающие обстоятельства.

— Я заинтригован. Пойдёте разорять дворцовые клумбы?

— Хуже, господин Хашшаль. Однако ни слова до тех пор, пока мы не найдём Салли.

Хашшаль одарил меня насмешливым взглядом.

— Скажите, госпожа Алина, утреннее поведение императора — ваших рук дело?

— Что вы, господин Хашшаль, вы, кажется, путаете. Это на мне его подчиняющее заклинание, а не наоборот. Я всего лишь скромно шла в библиотеку. А император у вас какой-то несдержанный."

"— Был вполне себе сдержанный до вашего появления. Я его с рождения знаю, парень серьёзный.

— С рождения? И сколько же ему лет?

— Пятьдесят шесть. Мальчишка.

— Мальчишка? — опешила я. — В нашем мире в этом возрасте уже задумываются о пенсии.

— Это потому, что у вас в мире магии нет. — пожал плечами мой охранник.

— А вам тогда сколько?

— Сто семьдесят в этом году.

— Тоже мальчишка?

— Нет, мне же больше ста. — лихо улыбнулся он.

— Ах, конечно, как я об этом не подумала. А мне девятнадцать. Я по вашим меркам младенец?

— Обычные люди в этом мире живут около ста двадцати. Но вы скорее всего маг, хотя мы пока и не выяснили природу вашей магии, поэтому жить вы будете дольше.

— Насколько дольше?

— Зависит от вашей силы.

— Шаритон — Верховный Маг, предполагаю, что он один из сильнейших. Сколько ему лет?

— Почти семьсот насколько я знаю, лучше уточнить у него.

Я сбилась с шага. Сколько-сколько?

— Как из него ещё песок не сыпется?

Хашшаль рассмеялся.

— Может, и сыпется, кто знает. Может, он каждый вечер из сапог его вытряхивает. — Хашшаль изобразил небольшую пантомиму, вытряхнув из воображаемого сапога немного песка.

— В семьсот-то лет? Нет, то, что вы показали — это как у вас в сто семьдесят. А в семьсот вот так. — я тоже изобразила высыпание песка. Сняла балетку, задумчиво потрясла, сделала вид, что перебираю сыплющийся песок пальцами, потом потёрла его, понюхала, подождала ещё немного со скучающим видом, пока Хашшаль веселился. Стоило ему немного успокоиться, я надела балетку обратно, демонстративно убрала песок с дороги воображаемой лопатой и продолжила путь. Судя по всему, моя пантомима ему очень понравилась. Ещё бы, поиграешь с моё в крокодила, и не такое будешь уметь.