Его огонь горит для меня. Том 1 (СИ)

Не знаю, звучало ли это слово на общем так же забавно, как на русском, но так как мой мозг их речь всё-таки переводил, то от неожиданности я расхохоталась как ненормальная. Мой амбидекстр удивлённо моргнул, но момент уже был разрушен. Я смеялась так, что заболел живот, а он явно растерялся и не знал, что делать с моим сотрясающимся в истерическом смехе телом. На пол он меня, конечно, поставил, но я норовила сползти по перилам вниз, так что ему пришлось меня поддерживать, прижимая к себе. — Что я такого сказал?

— Я тебя теперь так буду называть. Это, конечно, длиннее, чем Ринар, но гораздо лучше. Ладно, амбидекстр, ты обещал мне танец, а у меня уже ноги закоченели.

Он потащил меня обратно в зал, но зубы ставлю, что он обиделся. От этой мысли меня накрыло вторым приступом смеха, и теперь он тащил на танцпол хохочущую до слёз невесту, которая была не в состоянии даже стоять.

— Соберись!

— Не могу, господин амбидекстр. Не велите казнить, велите миловать.

Наверное, к нашей речи прислушивались, потому что брови у присутствующих рядом поползли вверх, а я неожиданно поняла, что не хочу опять злить своего наречённого. Ему и так досталось. Он хотел целоваться, а девушка посмеялась. Поэтому я собралась с мыслями и страстно нашептала ему на ухо причину своей истерики.

С ногами я тоже совладала, поэтому танцевали мы вполне сносно, по крайней мере, на обувь я ему ни разу не наступила. Немного оттаяв, Ринар признал, что по-русски действительно смешно звучит. Мне также пришлось познакомить его с созвучными словами монстр, терминатор, доминатор и даже с сюжетом сериала Декстер, который мы с сестрой смотрели с замиранием сердца. Попутно пришлось объяснить, что такое кино, фильмы, телевизор и рассказать про сестру.

В общем, не знаю, сколько длится один танец, но мы танцевали не меньше часа, при этом Ринар слушал с искренним интересом и задавал вопросы. Когда я иссякла, мы какое-то время кружились под музыку молча. Бал уже был в разгаре и другие пары на танцполе вели себя довольно откровенно.

— Почему ты называешь меня Ринар?

— Мне так больше нравится. Эринар — красиво имя, но длинное и слишком официальное, а Эр — ну как-то не по мне.

— Меня так никто не называет.

— Ну и прекрасно.

— А если я скажу, что мне не нравится?

— Тогда я буду так называть тебя всё время. Знаешь, иногда так и хочется тебя побесить. — я улыбнулась ему очень нежно и погладила по щеке.

— Ненормальная. У тебя отсутствует инстинкт самосохранения.

— Может, просто ты не очень-то грозный?

— Я достаточно грозный. — он рыкнул и легко укусил меня за шею, а я рассмеялась.

— Достаточно для того, чтобы детей пугать. Двухлетних. Кстати, мне сказали, что у тебя есть младшие сёстры, познакомишь?

— Нет.

— Почему? — я искренне удивилась и расстроилась.