Закрой глаза (СИ)

Поверхностные шумные вдохи перемежевываются с мычанием и оглушающим сердцебиением. Быстрее. Мышцы напрягаются. Тела влажно блестят от пота и желания доставить друг другу наслаждение. Макс не замечает, как сам начинает двигать бедрами, толкаясь глубже, в то время как Женя начинает приподнимать свои навстречу ему. Уже ни одной мысли, только чувствовать друг друга. Шагнуть в пропасть. Пах Максима сводит судорожным спазмом. Он выпускает Женю из своих губ. Протяжно стонет, уткнувшись лбом в его бедро и с силой, от которой остро проступают костяшки пальцев, комкает ладонью покрывало. Мощный толчок, выбивающий воздух из легких. Секунда свободного падения и сознание врезается в толщу оргазма, как в водную невесомость. Конвульсивно вздрагивая несколько секунд Макс, наконец, медленно и лениво всплывает на поверхность, делая жадный глоток воздуха сведенными судорогой легкими, которые жжет от нехватки кислорода. Немного приходит в себя, чувствуя, как Женя продолжает мягко обводить языком, ставшую слишком чувствительной плоть. Вновь накрывает губами его стояк и спустя минуту, чувствует, как он напрягается. Сжимает ладонью, успевая отстраниться за секунду до того, как Женя под ним дергается, кончая в ладонь Макса с глухим стоном, бессознательно до боли впиваясь пальцами в его бедра.

Макс ложится рядом, наблюдая за все еще прикрытыми глазами Жени, часто поднимающейся и опускающейся грудью с блестящей от пота кожей. Почему-то довольно улыбается и тянется к коробке с салфетками на прикроватной тумбочке. Уже привычно вытирает ладонь и кожу Жени, когда тот открывает глаза и поворачивает к нему голову. Евгений несколько секунд наблюдает за Максом и негромко произносит:

— Ты имеешь полное право на свое личное пространство.

— Заслужил? — Дразнится Макс.

Женя хмыкает и слегка улыбается. Вот же чудовище. Тянется к его губам и Максим отвечает на поцелуй. Мысль о том, что ему еще не раз придется болезненно жалеть об этом праве Макса, усилием воли заталкивается Женей на дно подсознания. Евгений научится уважать его желание свободы и личного пространства, которое для Макса так крайне важно и в котором тот напрочь забывает обо всем остальном, включая и самого Женю. Научится. Может быть. Когда-нибудь. Если это то, чего хочет Максим и то, что ему нужно.

Колени плотно обжимают бак, пока Макс под наклоном проходит последний поворот, ускоряется, обгоняя белый Сузуки, и впервые приходит первым, на полкорпуса опередив Пашку. Тормозит, касаясь трассы ногой, и когда рокот его мотоцикла затихает, довольно стягивает мотошлем.

— Все, Пашина, — смеется он, — пока жаба не задавила, гони проигранные деньги.

Кристина снимает мотомаску и пытается пригладить как всегда торчащие в стороны рыжие спиральки.