Фурия (СИ)

Ни капли жалости к ним — они сами виноваты.

Мне даже на себя плевать, хоть у меня и серьёзные неприятности.

Неприятности?

Не утрируй!

У тебя огромные проблемы!

***

Комната допроса.

Меня пристегнули наручниками к столу как преступницу.

Серые мрачные стены давят, нагнетая обстановку и натягивая нервы, как струны. Так себе атмосфера…

На одной из стен большое зеркало. Фальшзеркало… С другой стороны оно прозрачное и за мной там точно кто-то наблюдает. Чувствую это.

В помещение входит мужчина, в таком же, как стены, сером костюме. Лет сорок с небольшим, среднего роста, светлый шатен с проседью на висках и холодными серыми глазами. Типичный английский коп.

— Я капитан Питер Боуман, — представляется он. — Буду вести ваше дело, — садится на стул напротив.

— Наручники можно снять? — киваю на оковы. — А то мне кажется, что это меня хотят упечь в тюрьму.

— Да, конечно, — достаёт из кармана ключ и открывает замок.

Тру онемевшие запястья.

— Спасибо!

— Ваш адвокат будет с минуты на минуту, — цедит он, разглядывая меня.

— Пока его ждём, можете сказать, как дела у раненого парня, что был в ванной?

— Алексея Громова? — читает он имя в документах.

— Да.

— Его оперируют… Врачи дают большую вероятность того, что он выживет, не смотря на большую потерю крови.

Я облегчённо выдыхаю.

— Он ваш бойфренд? — косится на меня исподлобья.

— Да.

— Ему повезло, вы достали его с того света. А вот тому парню, в которого вы воткнули нож, нет. Он скончался по дороге в больницу.

— Извините, но жалеть его не буду, как бы это странно не звучало. Но раскаиваюсь…

— Я понимаю… К вам в квартиру вломились, вашего парня тяжело ранили. Вы защищали себя. Но прокурор считает иначе… Вы дважды выстрелили в одного из грабителей, а это покушение на убийство. — Произносит он ровным тоном. — Если он не изменит своё мнение — вас будут судить.

Мои брови взлетают вверх от удивления. Хочу ему ответить, но в комнату заходит мой адвокат, на ходу произнося, чтобы я не давала пока никаких показаний без него.

Допрос длится, как мне кажется, бесконечно. Мы ходим по кругу снова и снова.

Что они пытают понять? Или на что вывести меня?

Адвокат требует перерыв.

После него приходит ещё и прокурор, и всё начинается по новой.

Меня задерживают на трое суток. Если Алекс не очнётся к тому времени, то возможно срок ареста продлят.

Отлично, блин!

— Не волнуйтесь, я обжалую решение, — заверяет меня адвокат, перед тем, как мне отправиться в камеру.

Славно! Будет время подумать про житие — бытие.

Английский обезьянник — это вам не русские голые нары. С удобствами. Кровать, стол, стул, туалет с раковиной. Даже вай-фай имеется.

Всю ночь лежу, глядя в потолок и с мыслями о том, как там Алекс. Глаз так и не сомкнула.