Эффект Фостера (СИ)

– Что ты здесь делаешь? – Я не смог устоять и опустил взгляд на ее грудь, обтянутую фиолетовой тонкой тканью платья, которое к тому же едва прикрывало ее задницу. Чертовски откровенное, как по мне.

– Приехала посмотреть университет.

– Это я понимаю, но что ты делаешь на этой вечеринке?

Барбара усмехнулась, легко качнув головой.

– Отдыхаю, разве не видно?

– Это фиолетовое платье не слишком короткое?

– Это лиловое платье, к твоему сведению.

– Есть разница?

– Думаю, для таких как ты – нет. Но для меня определенно есть, – фыркнула она.

– В любом случае к цвету претензий нет, есть к длине и вырезу.

– Старший брат снова в деле?

– Не называй меня старшим братом, – резко сказал я. Сама мысль о том, что она хоть на секунду могла воспринимать меня как старшего брата, заставляла тяжелеть мою грудь. Старший брат никогда не представит ее в таком виде, в котором представлял я, никогда не тронет там, где трогал я.

– А как бы ты хотел, чтобы я тебя называла? Придурок подойдет? Мм, нет! Как называется человек, который не способен отличить фиолетовый от лилового? – ухмыляясь, спросила она.

– Такой человек называется «нормальным»?

Улыбка слетела с ее губ.

– Смешно. Нет, правда, я рада, что ты шутишь. Ведь иногда у меня складывалось впечатление, что у тебя аутизм. Был еще вариант, что за каждое слово тебе приходилось платить, но его я отбросила сразу, ведь Дэниел покрывает все твои расходы.

– А ты сегодня в ударе, Барби, что случилось, сделала укладку за пятнадцать минут вместо обычных тридцати?

Голубые глаза потемнели, отчего ее лицо стало еще привлекательнее. Ее внешний вид, длинные волосы и острый взгляд от того, что я в очередной раз назвал ее «Барби» переворачивали все органы в моем животе, мой член дернулся в штанах, но я приказал ему не возникать.

– Двадцати трех, – проговорила она, не моргая.

– Что?

– Вместо обычных двадцати трех минут, – разделяя каждое слово на слоги, повторила она. – А что тебя так удивляет? Двадцать три слишком долго для тебя?

Я прикусил губу, сдерживая смешок рвущийся наружу. Шагнул ближе, наблюдая за тем, как округляются ее глаза."

"– Нет, с тобой, моя Барби, это будет только прелюдия, а дальше помножь на два или на три. Я же говорил тебе, все, как ты пожелаешь.

Она распахнула губы, словно не могла вдохнуть. Первой моей идеей было прижаться к ее сладкому рту и целовать его, пока от кислородного голодания не закружится ее голова, но я отложил эту мысль. Однако не могу гарантировать, что не вернусь к ней позже.

Ее растерянность и покрасневшие щеки умиляли. Неужели девушка, которая раскалывала сердца парней, словно орешки, робеет от такой безобидной шутки?

– Я пойду… Меня ждут подруги, – тихо сказала она, отстраняясь.