Эффект Фостера (СИ)

Уголок его губ дрогнул, как если бы Джефри намеревался улыбнуться. Такой маленький жест сказал мне многое, в частности то, что Фостер наслаждался этой ситуацией: моим безволием, моей беззащитностью перед ним.

– И? И что будет, Барби?

Я уперла руки в его обнаженную грудь и с силой толкнула Фостера, он отшатнулся, но, скорее, потому что сам так решил, а не из-за силы моего давления.

– И я уничтожу тебя.

В следующее мгновение произошло то, от чего я полностью опешила. На его губах появилась широкая улыбка, которую я видела, наверное, пять-шесть раз за все то время, что мы были знакомы. Поэтому мой взгляд замер на ряде его ровных белых зубов, бледно-розовых губах и на маленьких ямочках на его щеках.

А ведь у него были ямочки.

Если бы планета крутилась в другую сторону, если бы север был на юге, а юг на севере, и если бы Джефри не был дьявольским искусителем, я могла бы с легкостью устоять перед этой улыбкой, но в нашем мире, я позволила себе полностью очароваться ею. Ведь она была такой невероятно красивой.

После секундного замешательства, мой взгляд медленно поднялся к его глазам и, заметив в них искры насмешки, я сжала губы, и запретила себе впредь думать о его улыбке.

– Какого черта ты смеешься надо мною? – зашипела я.

– Потому что крайне глупо угрожать тому, кто знает твой маленький секрет, – сузив глаза, ответил он, в очередной раз позволяя липкому страху пуститься по моему позвоночнику и замереть где-то в районе затылка.

Нельзя, чтобы Мейсон узнал, это разобьет ему сердце.

– Ты не скажешь ему, – зарычала я, вытягиваясь во весь рост и смело, или скорее безрассудно, хватаясь за полотенце на его бедрах и случайно касаясь кончиками пальцев кожи внизу его живота. Схватиться то больше было не за что, он ведь был передо мной практически голым.

Джефри удивленно взглянул на мою руку, мышцы на его животе напряглись.

Я снова вдохнула его запах, смесь горечи табака, сладости жженого сахара и свежести лайма, сердце в моей груди ускорилось, неприятно отстукивая в ушах, голова закружилась и я понимала, что в любую секунду могу не устоять на ногах.

Я была безвольной и глупой. Правда в том, что как бы сильно мой разум не ненавидел бы Джефри, мое предательское тело вело себя иначе. Его запах, его внешность, его голос манили меня, моментально превращая в безвольную почитательницу Фостера. Так было всегда. Он думал лишь о том, как бы задеть меня, обидеть, а я думала о том, что, несмотря на ту злость, что он питал ко мне, я хочу его.

Он не скажет Мейсону, потому что я расстанусь с младшим Фостером сама. Я не могу больше обманывать его, я не могу морочить ему голову, я не люблю его и никогда не полюблю как мужчину. Я была эгоисткой, я любила то, что он любит меня, но в глубине души всегда считала его всего лишь своим другом.