Душелов (СИ)

— Пошли, — сказала она уже мне и, крепко, буквально до хруста костей, взяв меня под руку, повела куда-то по первому этажу.

Шли мы так недолго — меньше минуты, и в итоге зашли в одну из дверей, за которой оказалась… кладовка. Та же самая кладовка, в которой я час назад до этого потрахался с какой-то аристократкой, почти превратившейся в одержимую. Вернее, это естественно не та же самая кладовка, а лишь её точная копия — всё-таки та кладовка была на третьем этаже, а эта на первом.

Пропустив меня первым внутрь, Карэн зашла следом и закрыла за нами дверь, впоследствии защёлкнув замок.

— Ну. О чём же ты хотел поговорить? — начала она.

— Ты уверена, что это место подойдёт?

— Может, я и не такая умная, как ты или тем более мой брат, но не надо держать меня за конченную дуру! Отвечая на твой вопрос — да, Эди, я уверена, что здесь нас никто не услышит — эти кладовки специально сделаны полностью звукоизолированными, чтобы ученики в крайнем случае могли приходить сюда и трахаться, при этом ни о чём не беспокоясь!

— Что?.. — не сдержался я от удивления.

И этим я её только ещё сильне выбесил — она, скрепя зубами, до хруста сжала кулачки и вдохнула полной грудью, во весь голос выкрикнув:

— ЭДИ!!!

— Прости, — тут же извинился я, подняв руки.

— Если ты пытаешься защитить его после!..

— Я не пытаюсь защитить его, — оборвал я её. — Я не для этого тебя сюда позвал.

— Тогда говори уже в чём дело!

— В тебе! Он мне сам только что сказал, что нарочно поступил так жестоко, чтобы спровоцировать тебя на конфликт!

— Ну тогда он его получит!

Я вздохнул и схватился за её плечи, после чего слегка наклонился и смотря ей в глаза, сказал:

— Послушай меня наконец, Карэн!

— Так я слушаю!

— Нет! Ты лишь делаешь вид, что слушаешь меня, на деле ничего ты не слышишь! Я же говорю: он прямо признался мне, что специально провоцировал тебя! А теперь успокойся, пожалуйста, и немного подумай, стал бы он на такое идти, если бы не подготовился к всевозможным последствиям?! Да очевидно же, что он не глупый человек, чтобы это было так!

— И что теперь?! Просто оставить всё так, как есть?! Может, если ты такой дохуя умный и рациональный, то прямо сейчас пойдёшь и сам скажешь это в лицо плачущей в уборной Стелле, на которой уже практически и одежды не осталось?! Да ей же теперь следующие несколько лет теперь будет сниться кошмар об этом моменте! И всё из-за этого гандона! И жизни у неё тоже, считай, теперь никакой не будет — она и без того забитая комплексами была, а тут теперь ещё и при общении с любым аристократом она будет постоянно думать, а не видел ли он, блять, случаем, этот её ёбанный позор?! А если видел, то как ей теперь смотреть ему в глаза при общении?! Да и в жёны её тоже никто не возьмёт — даже на роль какой-нибудь шестой жены! Она после такого позора вообще никому не