Должница (СИ)

С ним страшно.

- Довольно, - приказывает Давид, взмахом руки заглушая общий смех, - в машину, Аля. И без глупостей.

Этой фразой он кого-то мне напомнил. Так любил говорить Руднев. Руднев, которого уже нет в живых.

- Помочь ты должна только своему ребенку. Забирайся в салон.

Глава 23.

Давид садится рядом со мной. Далеко и в то же время очень близко. Его тело обнажено, а рубашка в крови лежит на коврике в ногах.

- Черт, это моя любимая рубашка. Мама подарила, - с досадой говорит он.

Я удивленно смотрю на него. А кровь его не волнует? А смерть брата – не волнует?

Всю дорогу он вытирает салфетками свои руки. Почти все они становятся алыми. Еще одну упаковку протягивает мне.

- Вытри слезы. Как себя чувствуешь?

Я пожимаю плечами.

Давид надевает на свое натренированное тело чистую черную рубашку. Черную, будто знал, что придется пачкаться в крови.

- Ну, как себя чувствуют, когда там что-то плохо с беременностью? И хватит меня бояться.

- Я не знаю. Я никогда не была беременна, - тихо отвечаю я.

Давид щурится и приказывает водителю ехать быстрее.

Он привозит меня в ту же клинику. Минуя регистратуру, сразу заводит меня в тот же кабинет. Мама Макара совсем не удивляется тому, что вместо Руднева я приезжаю с его родным братом. Мужчина тепло обнимает женщину, но сперва она занимается мной."

"- Девочка стресс испытала. Нельзя потерять ребенка, Василиса Павловна, - с нажимом говорит Давид.

Давид - старший или младший?

- Я слышала, все новостные заголовки об этом трубят. Приношу вам свои соболезнования, - приговаривает мама Макара.

Выглядела она неважно.

- А что случилось? – уточняю я.

Давид поворачивается ко мне, пристально вглядываясь в мое лицо. А я и правда не понимаю, что случилось. Только помню эти выстрелы и еще… истошный женский крик.

- Что с ней? – хмурится Давид.

- Переволновалась. Тихо, Давид.

Василиса Павловна укладывает меня на кушетку. Быстро включает аппаратуру. И только через несколько минут, лежа на кушетке и слушая указания врача, я вспомнила.

Руднев не приехал за мной, потому что не смог. Его убили.

- Руднев умер? Это конец? – шепчу я, глядя в потолок.

- Буквально несколько часов назад. Он был в дороге, когда раздался выстрел.

За мной выехал. Меня спасать выехал. А его убили.

Вика все предусмотрела. Она знала, что Артема уже нет в живых.

- Главное, что плод не пострадал. Сейчас как раз пройдем плановое обследование, а затем я проведу тебя к другим специалистам. Ты выглядишь неважно. Кстати, мамочка… на твоем сроке я уже могу сказать тебе пол малыша.

- Скажите...

- Мальчик у тебя, дорогая. Наследник Артема.

Давид приближается, заглядывая в экран. Явно ничего не понимает, но лицо его преображается.