Наследник для оборотня (СИ)

Она наверняка опять надумала себе кучу всего ненужного, а мне теперь даже не доказать, что я ее не обманывал. И это хуже всего.

Я кивнул застывшим парням:

— Оставьте нас.

Маттиас хохотнул:

— У нас, конечно, уже есть один труп в машине. Но прятать еще два будет проблематично.

У матери и Дианы вытянулись лица, а я вдруг почувствовал, что тоже улыбаюсь:

— Избавление от трупов никогда не было для меня проблемой.

Когда за ними закрылись широкие двери, я повернулся к двум мразям, только что в очередной раз разрушившим мою жизнь:

— А теперь поговорим. Говорить буду я. А вы — внимательно слушать и не перебивать. Во-первых, вы обе лишаетесь содержания. Выживайте, как хотите. Устраивайтесь на работу, просите милостыню — что угодно. Мне плевать. Будете жить, как обычные люди. Этого же ты хотела, МАМА? Меня ваши проблемы больше не касаются. Если я еще раз увижу вас здесь, то закопаю прямо в этом лесу. Понятно?

Они молчали, а я решил продолжить:

— Ты, — посмотрел на Диану, — с сегодняшнего дня ложишься в мою клинику. Под присмотр моих врачей. Как только родишь ребенка, будешь свободна. Я сам воспитаю ПЛЕМЯННИКА. И защищу его нормальным способом, а не тем хуевым планом, который вы придумали, чтобы вытягивать с меня деньги. И если хоть одна из вас еще раз назовет его моим сыном, то я вырву вам языки.

Похоже, до них не дошло, потому что перебивая друг друга они заверещали:

— Но это твой сын! — Диана снова тыкала в меня свое пузо.

— Но ты обещал… — Мать отодвинула Диану. — Ты должен защитить этого ребенка! Ты обещал! И что значит, «мы лишены содержания»? Как ты можешь лишить нас денег? Как мы будем жить?

Я улыбнулся:

— Как и все нормальные люди. Этого же ты хотела, мамуля? Нормальной жизни. Нормального мужа. Нормального сына."

"— И как я должна воспитывать внука? Я не смогу одновременно работать и нянчить малыша.

Как быстро она забыла о Диане.

— Что-о-о, а как же я?! Я его мать! — Как же я ненавижу ее голос.

Я усмехнулся:

— А тебя, считай, уже выкинули. — Я сжал плечо матери: — И нет, мама. Внука ты воспитывать не будешь. Я не дам тебе вырастить из него такую же мразь, каким был Грегор.

Пощечина обожгла щеку. Но этот удар заставил меня рассвирепеть окончательно.

— Ты — моральный урод! Монстр! До сих пор жалею, что не сделала аборт! Ты должен был сдохнуть!

Она орала это, брызжа слюной, а я понимал, что больше не могу сдерживаться. Если я не сдержусь, то убью ее. Но как же она меня задолбала. Всю жизнь… всю жизнь я отчаянно пытался заслужить ее одобрение и любовь. Я пытался стать сыном, которым она могла бы гордиться. Но проблема была в том, что я не смог бы этого добиться, если бы даже заручился поддержкой Бога.

Не знаю, когда появились когти. И с удивлением понял, что рык, сотрясший крепость, — мой собственный.