Наследник для оборотня (СИ)

Марина осторожно пристроила голову на плече Дагмара, позволяя себе расслабиться и насладиться близостью, о которой всегда мечтала. Как часто она представляла себе, что будет вот так нежиться в мужских объятиях и ни о чем не беспокоиться.

Почему он не мог так поступить с самого начала? Почему обязательно нужно было..? Ах, да. Он ведь берсеркер. Больше животное, чем человек. Им двигали инстинкты.

Сейчас то, как он с ней поступил, казалось не таким уж и страшным. Может, это все-таки стокгольмский синдром? Тот случай, когда жертва оправдывает насильника?

Или что-то гораздо более глубокое и важное, чему она упрямо сопротивляется?

Дагмар взял поднос с едой и водрузил себе на колени.

— Тебе нужно поесть. Повар очень расстроится, что ты не попробовала. Он старался для тебя.

Марина удивленно обернулась, задрав голову. Ее губы оказались рядом с его подбородком, покрытым колючей щетиной. Откуда ни возьмись, повилось дурацкое желание поцеловать его туда. А потом в ту милую ямочку в центре.

Она даже забыла, что хотела спросить.

— У тебя есть повар?

Дагмар как-то странно взглянул на нее и зачерпнул вилкой немного пюре.

— Конечно. Думаешь, я сам готовлю на такую ораву?

Он поднес вилку к ее губам:

— Давай, открывай рот."

"Она точно повредилась разумом, потому что слышала в его фразе совсем другой смысл. Кровь ударила в лицо, и Марина отвернулась, чтобы он не заметил ее румянца.

Идиотка! О чем она думает?! Точно, шлюха.

Марина помотала головой:

— Меня тошнит. Не хочу.

— Это потому что ты долго не ела. Нужно съесть совсем чуть-чуть. Давай. А потом получишь сюрприз.

— Не хочу я никаких сюрпризов. — В животе громко заурчало, и Марина все-таки заставила себя слизнуть с вилки нежное пюре.

— Этот тебе точно понравится. Вот молодец. Давай еще. — Он снова зачерпнул пюре. — Знала бы, как повар старался для нашей героини.

Марина медленно жевала, откинув голову на плечо Дагмара. Впервые с момента как оказалась здесь, она расслабилась. С удовольствием рассматривала красочный потолок, представляя себя принцессой в башне. Только в ее сказке башня была не пленом, а укрытием.

До нее не сразу дошел смысл сказанного:

— Для какой еще героини?

Грудь Дагмара поднялась, когда он усмехнулся:

— Ты теперь героиня — спасла четырех глупых берсеркеров, попавших под проклятие. Пожертвовала собой ради незнакомых людей.

Внутри что-то оборвалось. Едва проснувшийся аппетит тут же пропал. И медведь больше не казался таким милым. Он превратился в шпиона, умело отвлекшего ее.

— Так значит, твоя доброта — это… благодарность? Решил отплатить мне подарками?

Ладонь Дагмара легла на ее щеку.

Он развернул ее голову к себе и тихо проговорил:

— С самого начала я все делал неправильно. Я признаю, что повел себя с тобой ужасно.