Инструкция для попаданок (СИ)

Но она понимала и то, что где-то внутри нее зреет готовность вернуться, чтобы отыскать его.

Снятая койка в хостеле — единственная точка опоры… и та стоила денег, которых было впритык. К зиме Лена поняла, что все ее вещи слишком велики ей, чтобы носить без пояса. Каждые утро и вечер она ходила по заученному адресу, но там не отвечали. Лев не вернулся."

"С тем Лена и собралась домой. Прямо перед Новым годом. Маша обрывала телефон, пытаясь выяснить, что с ней и где она. А потом домой приехал ее начальник и пообещал, что поможет вернуться на работу. Если она и правда хочет. Но она не хотела.

Двадцать девятого декабря Лена в очередной раз поехала в квартиру Ани. Судя по мигающему значку, машину, вероятнее всего, придется оставить у Аниного дома: бензин был практически на нуле. А заправлять ее было не на что. Надвигающийся праздник праздником не был.

Она вошла в подъезд, потом в Анину квартиру, где ее следами были протоптаны по толстому слою пыли тропки. Тикающие часы делали тишину еще более страшной. Звонок в дверь вырвал Лену из забытья, в котором она могла находиться несколько часов, смотря в одну точку. Глубоко вздохнув, она вышла в прихожую и открыла дверь. За ней стоял Лев.

— Как оказалось, я не знаю твоего адреса, а мой телефон с твоим номером погиб смертью храбрых на зарядке. Хорошо хоть не загорелся и не спалил весь дом, — он, не спрашивая, шагнул внутрь и Лена зарыдала навзрыд:

— Какого черта? Почему ты не вернулся сразу? Ты не представляешь, что я здесь пережила! Лев! Это не та же самая зима! Это следующая зима! Я вернулась, а здесь лето! Я жила у твоего дома два месяца, я…. Я…

— Лен, я просто вернулся в Норфолк и сразу оказался дома…. У меня с нашей той ночи прошло чуть больше недели, — пытался объяснить мужчина, но она никак не могла успокоиться.

— Идем, идем, — он схватил ее за плечи и потащил внутрь. Закрыл двери и крепко обнял.

— Прошу тебя, умоляю, только не уходи больше. Прошу, не оставляй меня больше одну! — Лена, не отрывая глаз от человека, ставшего там, за чертой между временем и пространством, самым близким, самым надежным, срывая голос, кричала и кричала. А он просто прижимал ее до тех пор, пока она не успокоилась и не заснула у него на груди.

Как тогда, перед тем, как растворилась в том ночном лесу, на чужой земле, в чужом времени. А он продолжал сжимать в объятьях ее одежду. А потом кричал от этой потери, от одиночества, от страха потерять ее навсегда.

Эпилог

— Леночка, Лена, доброе утро, — голос мужа заставил полностью выйти из сна и открыть глаза.

— Лёва, ты мертвого поднимешь, — Лена села в кровати и уставилась в окно. Осень начиналась красиво: яркие желтые листья как будто не собирались опадать, сухие дорожки начисто выметали дворники, пахло дымом от реденьких костров.