Ленточки для Стихии (СИ)

Господи, за что мне это всё?!

— Но Риночка… — подняв руку, чтобы снова робко постучать, мужчина услышал приглушенное девичье рычание и опустил, так и не решившись, а затем грустно пробормотал: — А как же ужин?

— Ничего. Пусть поголодает, ей полезно. — не зная, как себя вести в такой ситуации, Матвей мысленно плевался и матерился. Аринка! Идиотка безмозглая! Вот придет в себя великий и ужасный префект, он же от тебя мокрого места не оставит! Да его сам легат в свое время за жестокость в исполнении приказов побаивался! И ведь не посмотрит, что они троюродные кузены! Его за компанию прикопает!!! Дер-р-рьмо-о-о…

— Она такая худенькая… — с тоской рассматривая закрытую дверь, Сорвэй всё никак не хотел отходить. Не хотел. Не мог. Эта девочка… она в мгновение ока стала самым дорогим ему существом! Бесценным! А он ещё вначале сомневался! Не хотел у родича отбирать… Да тут без сомнений! ЕГО! ТОЛЬКО ЕГО!

— Тебе кажется. Всё, давай сюда. — попытавшись потянуть тележку на себя, Матвей тут же отскочил, когда воздух перед его пальцами рубанули блестящие от яда бэлты. — Сдурел?!

— Тьфу! Да плевала на тебя Риночка!

— А ну, поф-ф-фтор-р-ри…

Замерев, когда спустя буквально минуту из гостиной донесся дикий вопль, моментально узнала по тону Матвея. Какого черта? Они что там, мидии поделить не смогли?

Открывая дверь уже под затихающие хрипы Матвея, не могла поверить своим глазам. Комнаты больше не существовало. Они сумели разгромить огромную комнату за тридцать секунд!

— Сорвэй! — рявкнув, когда хрипы Матвея, зажатого в белоснежных бэлтах Сорвэя, перешли в предсмертные конвульсии, подскочила и тут же шлепнула по ним своими, черными. — А ну плюнь, каку! Ты что удумал?! Телохранителя моего прикончить??!

— Он сказал про тебя гадость. — даже не взглянув на меня, префект послушно отбросил Матвея в угол и зло процедил: — Он сказал, что тебе на меня плевать.

Так. Не поняла. А где логика?

— А ещё он хотел съесть твой ужин.

Всё. Я в ауте. У него мозги вообще в кашу превратились? Не было такого в настройках!

— Сорвэй! — настойчиво взяв мужчину за руку, потянула на себя и он наконец соизволил обратить на меня внимание. О, боже… да у него глаза абсолютно красные! — Ты… ты меня слышишь?

Как называется это состояние? Берсерк? А у демонов такое бывает? Черт, и шипы на плечах… ох, мамочки! Да он не кхаа-шарг!

С трудом не отшатнувшись, когда он рухнул на колено и, склонив голову, умудрился завладеть моей ладонью и приложиться к ней в поцелуе, лишь дико расширила глаза, второй ладонью зажимая свой собственный рот. Хотелось орать. Вопить! Я ж сейчас от страха окочурусь!!!

Отвлекшись на надсадный кашель пришедшего в себя Матвея, не сразу сообразила, что элементарно не понимаю, что там бормочет Сорвэй. Переводчик отказывался это переводить.