Айвири. Дилогия (СИ)

На самом деле времени много прошло.

На двор опустилась ночь, девушки мирно спали в своих постелях, а я вот не могла.

Что мешало? Да если бы я знала. Не кошмары точно, да и холода не была, наоборот во сне так укуталась в покрывало что взмокла. Ни страха, ни боли, ни паники. А уснуть всё равно не могла.

Около минуты просто лежала, прислушиваясь к дыханию девушек. Вот тихо завозилась рыжая. Тревожно и даже жалобно забормотала что-то Риа. Зло процедила сквозь зубы блондинка, сопровождая всё тихим болезненным стоном. Несмотря на возвращение на родину их бой еще не закончен, впереди долгие месяцы восстановления.

Отбросив покрывало в сторону, опустила ноги на пол и осторожно встала.

И куда собралась, сама не знаю, а ноги словно ведут.

Мысленно воззвав к богине, я, бесшумно ступая, подошла к двери, приоткрыв ее. Честно говоря, я ожидала увидеть за дверью охрану, а не было никого. Наверное, они внизу у лестницы. Так это даже хорошо.

Выскользнув в коридор, я, ускоряя шаг, подошла к той самой двери, за которой скрылась Галия. Именно сюда меня так тянуло.

Коснулась рукой поверхности и осторожно толкнула, не веря, что получится.

Но та неожиданно поддалась. Не заперто.

Мужчина стоял у окна. Его силуэт хорошо было видно в свете ярких звезд.

Пошатываясь он с трудом держался за раму и покачивался, так, словно хотел прыгнуть вниз.

Я даже подумать не успела, подбежала к нему, обнимая за спину и прижимаясь всем телом, не давая сделать роковое движение. Зря я что ли собой рисковала, кончик иглы доставала, чтобы он сейчас из окна выбросился.

— Не пущу, — выдохнула едва слышно, но твёрдо.

Он вздрогнул всем телом и медленно-медленно повернул ко мне голову. В темноте золотом вспыхнули нечеловеческие глаза на красивом, но бледном лице.

Я застыла, завороженная его взглядом и не сразу услышала вопрос:

— Ты кто?

Никогда таких глаз не видела. У людей просто не могло быть такого цвета.

Нет, не золото. Словно само солнышко светом своим поделилось, вот только не согревало оно, а тревожило, дрожь по телу вызывая.

И так страшно вдруг стало, что руки опустились. А ведь я даже не заметила, как вернулась чувствительность в раненной конечности.

Северянин времени даром не терял. Развернулся резко, ноздри затрепетали, когда он особо глубоко вздохнул. А потом вдруг стремительно схватил меня за талию, притягивая к себе.

— П-пустите, — забормотала я не слишком убедительно.

Что поделаешь, не готовила меня жизнь и обитель к таким поворотам. Послушницы всегда пользовались уважением и почтением. Нас никто не смел касаться, особенно так… властно, словно имел право.

В глазах вспыхнуло что-то очень похожее на предвкушение, и лёгкая улыбка тронула губы. Но это напугало меня еще больше.