Диктатура Евы (СИ)

"

"Командор так же рассматривал Еву, и от его темного взгляда ей становилось жарко, захотелось ослабить шнуровку на платье, а лучше приложить к щекам лед. Черт! Ей не шестнадцать, и она собирается заняться с этим незнакомым мужчиной сексом. Надо представить, что они познакомились в клубе, потанцевали, выпили, и прозвучал нормальный для двух взрослых свободных людей вопрос: «К тебе или ко мне?»

— О чем вы думаете? — неожиданно спросил Вейн.

— О вас, — не стала юлить Ева.

— Ну, ваше мнение о себе я уже выслушал, — хмыкнул герцог. — Я вас не узнаю, шата Ева. Кто вас надоумил прибыть сюда? Кто стоит за вашими решениями? Трипта?

Интересно, в постели он тоже будет выкать? Или сделает свое дело молча и захрапит?

Душу залила глупая иррациональная обида. Она думала, герцог расспросит о крепости, о людях, о ее смерти, а он только и делает, что бросается обвинениями.

Ева откинулась на мягкую диванную спинку и отчетливо поняла, что устала. Чертовски устала. И ей ничего не хочется. Идея брака с Вейном уже не казалась правильной. И чего она на нем зациклилась? Врать себе никогда не любила, поэтому ответила честно: из-за воспоминаний прежней Евы, для которой безразличие герцога было его достоинством, из-за слов Марлина, из-за восторгов Яськи, когда та рассказывала, как командор сражался, из-за своей глупой веры, что мужчина, который собирался мстить за смерть жены, не может быть подлецом… Накатила апатия и тоска, как бывает после гонки и дедлайна, когда уходит адреналин, и остается пустота.

Только не реветь! Это нервное, и это пройдет! Просто качели… Боги, только бы не ежемесячное недомогание. Мысль об этом заменила ведро ледяной воды, и Ева приняла решение. Черт с ним! Посмотрим, кто еще за кем бегать будет!

— Ева?..

Она подняла голову, усмехнулась устало.

— Это все, что интересует вашу светлость? Знаешь, Вейн, зря я приехала. Ты меня разочаровал. — Ева встала и направилась к выходу, а проходя мимо герцога, с силой припечатала ему к груди кошель с золотом. — Можешь и дальше предаваться жалости к себе и искать врагов там, где их нет.

Герцог перехватил ее руку, дернул на себя, кошель с глухим звуком упал на пол. Ева попыталась вывернуться, но муж не отпустил, обнял второй рукой за талию и прижал к себе. Она сжала губы и подняла голову, чтобы столкнуться с яростным темным взглядом, опасным и привлекательным.

— Если бы в тебя вселился таль, я бы увидел, но ты не моя жена. Кто ты?

— Какая проницательность, — прошипела Ева ему в лицо. — Оказывается, герцог Ридверт прекрасно знал свою супругу, а злые языки утверждают, что вы даже лица ее не помните.

Они, не отрываясь, смотрели в глаза друг другу, оба напряженные, злые, недоверчивые. Ева слышала, как колотится ее сердце и как четко и уверенно стучит под ее рукой сердце герцога.