Любовь Дикого (СИ)

Как и требуют правила.

Люди Батурова могли бы закрыть прием заявок раньше. Но им даже не пришло в голову такое сделать. Зачем? План же отработан. До мелочей.

— Вы к нам из столицы? — спрашивает Батуров, прищурившись.

Теперь он смотрит по-настоящему.

Эмоции давит. Но до Воронцова ему далеко, ведь я легко считываю все его чувства. Гнев. Раздражение. Злоба.

Не привык Батуров, чтобы было “не по его”.

— Давайте начинать, — говорю.

Даю понять, что разговор ни к чему. Надо переходить к делу. От такого поворота Батуров заводится сильнее.

На него легко повлиять.

Пускай бесится. Так больше наворотит.

— А куда нам спешить? — тянет он, плохо скрывая ярость. — Тут другой темп, господин Дикий. Мы люди простые. Не столичные. Никуда не торопимся. А то ведь знаете, как бывает. Быстро едешь — тихо понесут.

Прямая угроза. Неплохо.

Батуров ведет себя именно так, как я предполагал.

Но радоваться рано. Только первый этап. Сейчас проще всего на его нервах играть. Тут главное не пережать. Загнать в угол так, чтобы он и сам не заметил, как туда попал.

— В столице и правда иначе дела решают, — говорю.

— Ну вот, как я…

— Но я не из столицы.

Батурова выбивает на пару секунд. И он уже сам понимает, что полностью теряет контроль. Кивает помощнику. Тот без слов ловит приказ. Нужно досье собрать.

До вечера Батуров получит полный отчет. Поймет, откуда я. И прикинет, как именно могу порешать проблемы.

Репутация у меня подходящая. Биография впечатлит.

Но он уже будто чует угрозу. Включается. Надевает маску, и даже подобие улыбки выдавливает, пусть и через силу.

— Позвольте поинтересоваться, а зачем вам понадобился наш комбинат? — Батуров прощупывает почву, пытается разобраться, кто меня к нему отправил. — Абсолютно убыточный. Прибыли давно не приносит.

— Ну вам же понадобился.

— Ну я это понятно, — цедит. — Хочу поддержать родной регион. Рабочие места сейчас на вес золота. По сути благотворительностью занимаюсь.

Он замолкает под моим взглядом будто давится. Сам себе не верит. Плевать ему и на местных жителей, и на регион. Выжать максимум. Вот его цель.

Чего стоит свалка токсичных отходов за городом. Или то, как прикормленные спецы всякий раз рисуют нужные цифры в отчетах по уровню загрязнения на его заводах.

На бумаге у Батурова везде установлены лучшие фильтры. А в реальности у него все утекает заграницу. В Англию, блядь.

Ну ничего. Зарубежными активами тоже делиться придется.

Это Батуров уверен, что все лихо спрятал. Не подкопаться. И то, что у него там, далеко, никто не найдет.

А у Воронцова все отмечено.

— Вот что вы собираетесь делать с этим старьем? — не унимается Батуров. — Большая часть цехов уже закрыта. Производственная мощность упала.