Без чувств (СИ)

— Мам, я не успею вовремя приехать…

Украдкой набираю номер близкого человека, теснясь на заднем сиденье с Ариной и директором клуба. Голос дрожит. Слёзы душат, хотя я и стараюсь храбриться.

— В чем дело, Даш? Что-то случилось? Ты где?

Наверное, я мешаю предстоящему отпуску и порчу настроение неожиданной новостью, но взаимен ничего не прошу — просто предупреждаю, чтобы мама не волновалась и не ждала меня к оговоренному времени.

— Как тебя найти? Назови адрес...

Ответить на многочисленные вопросы не успеваю, потому что автомобиль останавливается у серого мрачного здания и нас просят выйти на улицу.

Спешно заканчиваю вызов, прячу телефон и покидаю салон.

Кожу покалывает мелкими иглами. Пульс нарастает. Из-за стресса резко клонит в сон.

Вот бы уснуть и проснуться только тогда, когда ситуация стабилизируется.

На входе в участок тщательно осматривают одежду. Личные вещи, документы, украшения — забирают, как и ремни, и шнурки из кроссовок парней."

"Это долбанный сюр!

Когда Арина выкрикивает, что ей полагается адвокат, то получает в ответ снисходительную улыбку и ни грамма конкретики.

Единственный плюс — это то, что мужчины в форме, перетерев что-то между собой, выделяют один изолятор для всех.

Тесный, грязный, тёмный. С двумя койками. Крошечным окном под потолком. И никудышней вентиляций. Зато без дурной компании в виде задержанных уличных торговок наркотиками.

— Скоро отпустят — не парься, — утешает меня коллега.

Замок лязгает прямо по нервным окончаниям.

Я жмусь лопатками в стену и мелко дрожу, но явно не от холода. Примерная пай-девочка никогда и подумать не могла, что попадёт в столь мерзкое место. Жизнь, оказывается, та ещё шутница.

— Точно?

— По закону задержание для нас не может длиться более трёх часов — так сказал Дима.

Тон деловой и чёткий. Хочется верить.

Я запрокидываю голову к потолку и смаргиваю слёзы. Ратмир хмыкает, занимая место на свободной койке, и тут же приземляет.

— Где ты вообще увидела законность?

Крупицы спокойствия ускользают, как песок, свозь пальцы. Я чуть не срываюсь от бессилия. Зажмуриваю глаза. Совершаю вдох-выдох. Не понимая, на каких основаниях нас задержали.

Одно очевидно — дело в том, что Дмитрий Николаевич не сумел нормально разрулить вопрос со взяткой. Возможно, такса увеличилась. Не исключаю, что появились новые нюансы, о которых пока неизвестно. Но верю, что проблема не сильно критична.

— Даш, ты как?

Голос Ратмира врывается в сознание. Наверное, я дышу, как паровоз — громко и часто, но ничего не могу с собой поделать.

Слышу шаги. Обнимаю себя руками и жалобно всхлипываю. На близость с парнем, в которого до безумия влюблена, реагирую на редкость отстранённо.

— Эй, ну ты чего?

Мотаю головой, чтобы не сорваться на истерику.