Что-то в большом городе (СИ)

Его руки были на ней – одна на груди, другая на животе. Марьяна слышала его прерывистое дыхание на ухо, а в поясницу ей упиралась его каменная эрекция.

– Это уже седьмое небо? – прошептали ее непослушные губы.

– Пока нет.

***

Нет, его скудной фантазии, конечно, не хватило, что представить, как она будет кончать. Как это будет ярко. Как это будет возбуждающе. И сколько, оказывается, у него самого терпения.

Теперь Герману казалось, что он, как идиот, всегда уходил с банкета до подачи основного блюда. Не увидев, не попробовав самого главного. Самое интересное в сексе начинается… хрен ее знает, с какой минуты. После первого женского оргазма, словом.

А второй будет с ним. Герман был в этом совершенно уверен. Он как-то вдруг и мгновенно стал все понимать про эту удивительную женщину.

Но все равно оказалась не готов к тому, как она сладко ахнет, когда он возьмет ее. И как потом будет оплетать и обнимать, вжиматься, льнуть и забирать его в себя еще глубже. Вот тут терпение все же кончилось. Яростный, резкий, может, даже немного жестковатый финал Герман оттягивал, как мог. В самом конце догадался безошибочно прижать большим пальцем там, где был ее первый оргазм. И спустя несколько быстрых глубоких толчков у Марьяны случился второй. И, ведомой ее сладкой пульсацией, в свое наслаждение сорвался и Герман.

Глава 8.

– Доброе утро, Ольга Тимофеевна.

– Доброе утро, Герман Гергардович. Завтрак готов.

Герман, привалившись плечом к косяку, наблюдал за тем, как домработница сервирует стол. Эта женщина работала на него уже лет десять, наверное. Она была исполнительна, доброжелательна, умела, когда надо – молчать, а когда надо – говорить. Видела в этом доме всякое. В основном – их с Костей скандалы. Но вот женщин в этом доме Ольга Тимофеевна не видела ни разу. Но регулярно убирала следы их присутствия.

Теперь же… Теперь же использованный презерватив Герман выбросил в мусорное ведро сам.

– Ольга Тимофеевна?

– Да?

– Спасибо за завтрак. На сегодня вы свободны. И… и завтра у вас выходной.

Она все же растерялась – несмотря на свою прекрасную выдержку.

– Хорошо. Тогда… тогда я пойду? Или что-нибудь еще нужно? Может быть, приготовить обед? Ужин?

– Нет, спасибо.

Она медленно пошла к выходу. А потом все же не выдержала, обернулась и робко спросила:

– Что-то случилось, Герман Гергардович? Может быть, я что-то… – она замолчала.

– Нет, Ольга Тимофеевна, вы совершенно не при чем. У вас просто два оплачиваемых выходных.

Домработница все так же неуверенно кивнула, но лицо ее разгладилось. Она снова обернулась, а

Герман зачем-то добавил ей в спину.

– У меня сегодня ночует женщина.

Герман не спеша и с удовольствием завтракал. И думал о том, что сегодня ночью он как-то качественно перетряхнул голову.