Последний натиск на восток ч. 2 (СИ)

Если сами в другое место не перенесем, вообще голыми останемся. Князь мудр, женушка, он пока в глупых советах не замечен.

— Да я и сама знаю, — понурилась Эльфрида. — Это я так, злость выпустила! Денег-то как жалко! Но лучше уж самим все сделать и в другом месте построить, чем заново жизнь с пепелища начинать.

— И я о том, — согласно кивнул Лотар и шумно отхлебнул из серебряной чарки.

— Закуси! — Эльфрида подвинула ему тарелку с тонко нарезанной ветчиной и солеными груздями. — Как последний варнак без закуски пьешь, ей богу! Перед людьми стыдно. И вилку возьми, деревенщина! Вот ведь, горе мое!

— Нам его светлость участок под дом в Братиславе жалует, — обрадовал Лотар свою половину. — Цены скоро не будет той земле. Ее купить вообще нельзя, сам князь только и дает.

— Я слышала, — просветлела лицом Эльфрида и злорадно захихикала. — Тут ко мне жена дьяка одного захаживает. Мы с ней иногда в картишки перекидываемся. Так она говорит, муж ее уже все волосья на себе порвал, столько денег мимо плывет. Таким людям отказывать приходится, что он аж спать от расстройства не может. Представляешь, к нему недавно иудеи из Лугдунума приезжали, их же король Дагоберт гонит оттуда. Так они сотню участков в самых лучших местах купить хотели, а он, дурак, и обрадовался.

— И что? — не на шутку заинтересовался Лотар. Даже чарку в сторонку отставил. Он догадывался, чем такая история закончиться может.

— Ну, он государю докладывал что-то по службе, а потом возьми и скажи: Я, государь, инвесторов нашел! Вот! Целых сто домов в Братиславе по хорошей цене готовы купить.

— А он? — Лотар начал фыркать от смеха. Надо же, какой дурень в дьяки выслужился. Родня влиятельная, не иначе.

— А князь ему и говорит, — начала хохотать Эльфрида. Она любила такие истории, где кто-нибудь в дураках оставался. — Еще раз мою землю продать вздумаешь, я тебя со службы взашей выгоню! А если на взятке поймаю, будешь следующие десять лет соль рубить. За тобой, дьяк, теперь сам боярин Горан следить станет. Лично! Я ему прямо сейчас поручение дам.

— Ха-ха-ха! — в голос захохотал Лотар. — Сам боярин Горан, не к ночи будь помянут! Ой, я не могу! Бока сейчас порвутся! Вот насмешила, жена!

— Папка! — дочь Одила залезла к Лотару на колени. «Богатая», так ее назвали по настоянию жены. Эльфрида была одержима накоплением всяческого добра, и даже тут не могла удержаться.

— Ты чего мне сегодня принес? Где мой подарок? — белокурая крошка ангельского вида требовательно смотрела на отца и протягивала пухлую ручонку. — Ты обещал!

— Раз обещал, то держи, — согласился Лотар, доставая из кармана золотой кулончик. Дочь была вылитая мать, и он в ней души не чаял. И росла она, похожая на мать в ее… э-э-э… домовитости.