Заклятие – (не)покорная для бывшего (СИ)

– Есть способы быстрее и надежнее, – покачал головой мужчина.

– Значит, чтобы не жрали в библиотеке, – Беатрис скривила губы, чтобы не засмеяться, но было сложно.

– Я рассмотрю этот вариант. Странно, что мне раньше не пришло это в голову, – в его глазах плескались искры, не выдающие своего характера – то ли гнев, то ли смех. – Будут еще попытки?

– Чтобы их трахать без помех, – сказала Беатрис, следя за огнем в его глазах. – Их приковывают к кровати без одежды, чтобы входить в комнату, откидывать покрывало, раздвигать ноги и насиловать, не спрашивая согласия, не отвечая на мольбы, не замечая криков и слез. Таких девушек просто используют как место для слива похоти. Множество долгих и мучительных раз к ним входит мужчина и берет, имеет, овладевает, пока желание сохраняется в его чреслах. У несчастной жертвы один путь – принять ласки.

– Другого ей никто не предложит, ты права, – согласился Эритар. – И мы с тобой проведем так этот день. Будешь ждать меня здесь, а я пользоваться тобой. Иметь тебя столько раз, сколько захочу. И куда захочу, безусловно.

– Тар, – прошептала девушка, теряя силу голоса.

– Будешь умолять меня не трогать тебя, рабыня?

Беатрис почти пошла пятнами от этих слов. Смущение, возбуждение, стыд, возмущение. Кровь закипела, стало жарко. Ноги сжались, пытаясь унять пожар и желание.

– Я прошу тебя, – слабо сказала она. – Прошу не трогать…

Эритар сделал шаг от кровати, повернулся к ней спиной и пошел к дверям своей спальни.

– Хорошо, не трону.

Беатрис усилием воли заставила себя не окликать его. Она издала неправдоподобный вздох облегчения и с шумом откинулась на подушку.

Эритар дошел до дверей. Наступила тишина.

Беатрис подумала, что он действительно ушел.

– Да как же ты мог?! – возмущенно прошипела она, поворачивая голову так, чтобы разглядеть дверь."

"– А что тебя не устраивает? Цепи на руках или то, что ты поверила в мой уход?

Он вернулся к ней быстрым шагом, сел на край кровати и склонился к лицу.

– Я знала, что у тебя не хватит духа покинуть меня, – сказала она, сочетая интонацию с таким выражением лица, что мужчина со сладким стоном поцеловал ее.

Оба тяжело дышали. Беатрис не сдержалась и завозилась, призывая ласкать себя.

– Буду трахать свою собственность, пока не устану, – прошептал он, касаясь ее губ при каждом звуке.

Одеяло полетело в сторону. Его сорочка, брюки, белье – все оказалось на полу почти мгновенно.

– Не называй меня собственностью, – попросила Беатрис.

– Но это так и есть, – возразил он, наслаждаясь нежностью ее кожи.

– Тогда я буду звать тебя хозяином, – издевательски выдохнула она, замечая, как скрипнул, проминаясь под его весом высокий матрас.