Заклятие – (не)покорная для бывшего (СИ)

Она слышала, как мужчина сбрасывает доставшую его рубашку, как его орган упирается в ее нижние губы, как плавно он покидает ее тело, но входит снова и начинает нетерпеливо двигаться. Было больно. Действительно больно и трудно терпеть. Рука скомкала ее волосы, дернула назад. Пришлось сильнее прогнуться, кристаллы впились в кожу, выгнутые суставы болели, грудь терзали ненасытные пальцы.

– Будешь делать все так, как я скажу, – шептал Эритар. – Будешь очень послушной. А я буду брать тебя, как пожелаю. Моя. Моя рабыня. Давай, плачь, умоляй меня, но я не остановлюсь. Мне нравится, что тебе больно. Нравится….

С его губ сорвался стон.

Беатрис сходила с ума от его слов, от его действий. Она совершенно перестала думать, остались только чувства, а затем пришло полное освобождение.

Это можно было назвать полетом или падением. Дышать стало трудно. Стоны и крики выбивали воздух из груди. Губы тряслись, похолодели. Опасность, страх, его страсть, ее безумное желание, давление во всех эрогенных зонах, скользящее движение опасной магии про натянутым рукам, розы в ладони. Она будто бы видела то, что происходило со стороны. Представляла, как страсть изменила лицо ее любимого, каким жестким он выглядит, как его светлые волосы падают на лоб, как бугрятся мышцы рук, пока дергает ее к себе.

Слияние двух безумных, жестокое и страстное соединение. Подчинение и покорность желаниям…

– Хозяин… мой повелитель… – слова вырвались сами.

Беатрис еще никогда не чувствовала себя настолько его."

"Девушка забилась под сильными руками, отпуская контроль, погружаясь в глубокое бесконечное удовольствие. Ее тело сокращалось, она кричала, извивалась и не могла остановиться. Он сделал ее своей полностью. Подчинил и взял. В глазах потемнело, толчки стали нетерпеливыми и резкими.

Оргазм был такой силы, что Беатрис стала как каменная, чуть дрожала, с губ срывались тихие вздохи. Рваное дыхание никак не могло насытить легкие. Она подставляла свое сошедшее с ума тело, позволяла ему видеть, насколько он щедро дал ей наслаждение.

Толчки члена стали нетерпеливыми и от них было сладко. Беатрис отдавалась, чувствовала каждый сантиметр проникновения. Плоть мужчины была твердой, слишком жесткой, он держал высокий темп и, судя по всему, был близок к пику.

Эритар уже не мог контролировать страсть, он крепко удерживал ослабевшее тело, забирая себе. Хрипло стонал, дышал рывками, а затем прижал к себе бедра, входя до боли и позволяя чувствовать, как его семя наполняет ее.

Кристаллы исчезли, руки отпустило. Беатрис чувствовала, как он освобождает ее от веревок, вгрызшихся в кожу. Они оба упали на розы, обнялись, прижимаясь каждой частью тела.

– Беатрис, – он уткнулся ей в волосы. – Моя жена…

– Ты только что называл меня рабыней, – хмыкнула она.