Заклятие – (не)покорная для бывшего (СИ)

– Так что скажешь, Беатрис?

– Ты не представляешь, что для меня значат твои слова, – светским тоном ответила она, добавляя голову тех самых сумасшедше-ироничных ноток, которые предшествовали ее диким и оскорбительным фразочкам.

– Беатрис, – предупреждая прошептал он, снова накрывая губы, чтобы только молчала.

Ему сложно далась откровенность. Было чувство, что раскрылся перед ней, и знал – для нее это повод нанести удар. Для Эритара они поменялись местами – он стоял на коленях с обнаженной душой, а она смотрела на него своими темными глазами, выбирая точку повкуснее, чтобы вонзить в нее острый стилет. Соединение их губ, ласка, возможно последняя между ними, давала отсрочку. Миг перед тем, сойтись в яростном поединке оскорблений и боли.

Ему было страшнее.

– Ты не спрашивал согласия, – ответила она, когда поцелуй стих.

– Но я хотел знать, как тебе идея, – он нежно провел ладонью по ее плечу.

– Момента романтичнее в моей жизни не было, Тар, – простонала она.

– Боюсь, что поцелуя недостаточно чтобы скрепить наш союз, – улыбнулся он, радуясь, что девушка не пустила в ход своих язвительных и ранящих слов.

– Тар, твою мать, нет!

– А ты знаешь, что я собираюсь делать?

– Нет, но я буду сопротивляться, – слабо шепнула она.

Эритар поднял ее за подбородок и, глядя прямо в глаза, сказал:

– Сопротивляйся. Хочу посмотреть, как далеко это может зайти.

С этими словами он расстегнул ошейник, давая силам Беатрис сконцентрироваться вокруг нее.

Девушка хлопнула ресницами, понимая, что тяжелые кандалы расстегнутся, как только у нее будет на то каприз, что волосы могут стать сухими и ухоженными, вознося ее соблазнительность на невероятную высоту. Она еще раз вспомнила Антари, еще раз встретилась взглядом со своим мучителем.

– Тар, – тихо произнесла она, не в силах продолжать.

Признание давалось ей нелегко. Девушка не поднимала глаз, лишь коснулась щекой его щеки, затем склонилась перед ним, медленно опускаясь вниз, пока мокрые волосы не оказались на полу у его ног.

– Будет как ты скажешь, – наконец, собралась она. – Делай, что пожелаешь. Я…

Он подождал продолжения, но не услышал ничего кроме тишины. Беатрис споткнулась о собственные мысли и не в силах была озвучить то, что пришло ей в голову.

Подождал еще немного. Девушка не шевелилась. Когда осторожно убрал волосы с ее лица, мягкие губы коснулись руки – поцелуй смирения и покорности. Сердце Эритара дрогнуло. Она не нападала, не освободилась, склонилась перед ним до земли. Не верилось в происходящее.

Аккуратно взяв за плечи, мужчина поднял ее, прижимая к груди. Нежность рвала его на части. Ему так хотелось ответной ласки, что кандалы упали с ее рук. Она воспользовалась обретенной свободой, порывисто обнимая со всей силой, пряча голову под его подбородок.