Рыжее братство. Трилогия (СИ)

Мужик бормотнул под нос что-то вроде того, что вещь красивая, хоть и бесполезная, всего пяток рыбешек просили, как тут удержаться от покупки.

По мере сил и возможностей скрывая личный интерес к пробе универсального ключа, я осторожно приложила деревянную резную палочку к замысловатому изгибу ключа. Оный покоился в боковине шкатулки как одно из украшений и походил на плод греховного падения цветочка-орхидеи в объятия угря."

"Универсальный магический ключ при соприкосновении с ключом натуральным никак не изменился, я только почувствовала в ладони легкую щекотку, будто кто-то поскребся коготками, да еще древесина на толику секунды потеплела. Или просто нагрелась от руки?

Все столпились вокруг меня и шкатулки, горя желанием лицезреть чудо. Я приставила шпильку-булавку к сломанному замку и приготовилась ощутить дрожь творящего волшебство ключа. Но почувствовала совсем другое. Торговцу, продавшему диковинку, был известен конечный результат ее применения, а вот принцип действия оставался тайной за семью печатями. И сейчас я не столько увидела, сколько поняла его, услыхав четкий щелчок давно сломанного замка. Нет, ключ-отмычка не менял формы, его магия была иного толка. Она заставляла замок вспомнить, как надо вести себя с подходящим ключом и открываться. Даже будучи сломанным, нехитрый механизм вспомнил о «правильном алгоритме» и с неохотным щелчком да сварливым поскрипыванием подчинился. Резная красота распалась на две половинки, явив содержимое. Дружный «ах» раздался в помещении, взвизгнула в ошалелом изумлении даже заколдованная свинка, приподнявшаяся к краю столешницы. Промолчали только мои киллеры-телохранители, выдрессированные молчать вне зависимости от экстраординарности происходящего.

Это было что-то настолько прекрасное, что становилось больно взгляду: свет солнца в переплетении лунных бликов, диво, похожее и непохожее на золото и серебро, с драгоценными камнями, некрупными, однако ограненными столь искусно, что они казались капельками росы. Прихотливое сплетение заполняло небольшую шкатулку целиком, а когда я обнаружила кончик и потянула вверх, повисло великолепным ожерельем. Я видела творения эльфийских мастеров, все те шедевры, надетые кавалерами и дамами на свадьбу Лакса, я видела сокровища погибшей Тени у ручья и Цветную радугу, но все это казалось жалкой подделкой по сравнению с неизъяснимой прелестью найденного украшения.

— Что же это такое-то? — благоговейно выпалил хозяин дома, не рискуя даже пальцем коснуться находки.

— Брачное ожерелье, — задумчиво ответил не кто иной, как Киз, и указал пальцем на крохотный замочек — сплетенные руки и сердца, не сразу замеченные нами.