Рыжее братство. Трилогия (СИ)

Юрист отказываться не стал, и вот мы впятером или, если считать Фаля, вшестером поехали в сторону села, прямиком на постоялый двор. Там собирались провести рекогносцировку и уяснить, куда вообще нам надо ехать, чтобы попасть в столицу здешнего края. Радостный сильф чирикал над ухом о том, что пообедать в трактире будет не лишним. Маллоник был доволен, потому как именно туда — на постоялый двор — ему и надобно было прибыть с важным поручением по наследственным делам.

ГЛАВА 3

Дальний Торг, или Денежный вопрос

Село было зажиточным. Вот именно, акцент на слове «было». Что-то неуловимое, воспринимаемое больше на уровне интуитивных впечатлений — облупившаяся краска наличников, щербины в каменных фундаментах деревянных домов, неказистость более поздних домишек по сравнению со своими старшими собратьями, — говорило о том, что некогда Выселки процветали, а сейчас медленно, но верно скатывались к состоянию выживания. Но пока застряли где-то на отметке «жизнь» и старались закрыть глаза на нерадостные перспективы."

"Здесь, по всему видать, со времен процветания, когда большое село гудело, как деловитый улей, остался не только постоялый двор, но и лавка менялы. Я бы ни за что не признала в этом приземистом деревянном доме с узкими, как бойницы, окошками, расположенном посереди запущенного сада, заведение нужного толка. Маллоник же сразу указал на крохотный значок над калиткой: колосок и рыбки в круге.

Озадаченная странной символикой, я безропотно последовала за проводником, Гиз и Кейр составили компанию, а Киз остался с лошадьми. Мы бы их и с Дэлькором могли оставить, однако я ничего не знала не только об особенностях бизнеса менял, но и о привычках здешних конокрадов. Вдруг лошадки без человека автоматически зачисляются в ничейные и подлежат угону? Конокрадов жалко, и времени лишнего трупы прикапывать нет.

Дверей у дома было две: одна справа с небольшим крылечком, вторая слева. Маллоник выбрал ту, что левее, — ага, на ней красовался тот же рыбно-колосковый символ. Мужчина остановился на пороге и дернул колокольчик за веревку.

Дверь открыла не больная бабушка Красной Шапочки, а щуплый черноволосый босой человечек в застиранной серой рубашонке и столь же непрезентабельных портах. Если это меняла, то бизнес явно в упадке. Почему-то Гиз едва заметно напрягся при появлении домовладельца. Чего он опасался? Что этот тип прямо на пороге умрет голодной смертью, свалится на нас и наградит синяками?

Но нет, человечек решил подзадержаться на белом свете еще маленько. Смерив группу клиентов оценивающим взглядом, босяк безмолвно посторонился, пропуская в большую и неожиданно светлую (ага, во внутренний двор окно широкое выходит!) комнату.