Рыжее братство. Трилогия (СИ)

Отныне ты вольна сама выбирать дорогу, Ксения.

– Спасибо, Гарнаг, – вполне искренне поблагодарила за хлопоты, подняла ладонь к лицу и отпила ровно один глоток воды. Вкусная, похожа на минеральную.

– Зачем? – буквально взвыл бог и выдохнул сквозь зубы Кейр. – Мы же обещали? Зачем?

– Для гарантии, доверяй, но, как водится, не вводи во искушение, – объяснила и, вернув остатки водицы в озеро, встала, вытирая влажную руку о штаны. – Да не волнуйся ты так, я ведь сделала только один глоток, а не три!

– Что с того? – упавшим, хмурым тоном вопросил бог.

– А один глоток дает свободу выбора, – улыбнулась бодро. – Я попрежнему видима и слышима для всех вас, но без моего на то согласия вмешиваться в мою жизнь и судьбу вы не сможете, как ни старайтесь! Таков дар Черного озера.

– Откуда ты знаешь? – удивился Гарнаг и, наверное, тут же попытался проверить мое утверждение.

– Мне подсказали, – таинственно шепнула в ответ.

– Пожалуй, я тоже выпью, – внезапно заявил Гиз и, приблизившись к озеру, повторил ритуал.

– И я! – бойко прозвенел Фаль, последовав нашему примеру, отхлебнул прямо с поверхности воды, зависнув над ее гладью, как колибри.

– Я не могу, – чуть виновато, но твердо признался Кейр.

– Ну и не надо. Ты верующий, уважаю. – Я не стала спорить с телохранителем и, умиротворяюще улыбнувшись ему, обратилась к Гарнагу: – Не сердись, бог, мне нравится ваш мир, и ты нравишься. Я не отказываюсь от нашей договоренности насчет помощи в судах, но пойми, мне хотелось контролировать ситуацию, жить так, как считаю нужным, и не ждать, что через секунду какието бесплотные создания могут явиться и испоганить мою жизнь, а я, что самое противное, ничего не смогу с этим поделать.

– Понимаю, – поразмыслив, признал Гарнаг. – Ты поступила не так, как хотели мы, и не так, как мы боялись, но так, как считала правильным, ты соблюла равновесие. Странно было бы ждать от тебя иного, служительница. Ты ведь служишь Вселенной, а не богам и не Силам. Зови, если пожелаешь… – На последнем слове речь бога разом утратила всю торжественность и обогатилась мурлычущими интонациями и легкой двусмысленной улыбкой. Кажется, эта улыбка исчезла с поляны чуть позднее самого Гарнага.

– Что ты там говорила о домогательствах, магева? – осведомился Гиз, вытирая влажный подбородок. Прохладные сероголубые глаза мерцали светом отраженных звезд, чуть насмешливой, бесконечно нежной теплотой и ревнивыми сомнениями. Мой киллер, мой телохранитель, мой спутник, мой друг и, возможно, мой мужчина. Не зря говорят, если закрылась одна дверь, непременно должна открыться другая. Чтото защекотало у меня в груди от взгляда Гиза. Скрывая смущение, я хихикнула:

– Какнибудь в другой раз расскажу, мой любопытный друг, а то мы ведь торопимся.