Рыжее братство. Трилогия (СИ)

 – Но Аглаэль говорил чтото об отце…

– Истинно так, – снова подтвердило трио, будто педагоги хвалили старательного ученика, – посетив священную Рощу, ты сможешь прикоснуться к мудрости отца твоего Реномириэльдира!

– А, ну если так, мы пойдем, – согласился вор, движимый любопытством всякого отпрыска, никогда не знавшего отца.

– Прости, избранник Карниалесса, но тропа в священный край откроется лишь для тебя, ни твои друзья, ни магева, друг эльфов, вернувшая Лиомастрии Цветную радугу, не смогут ступить под сень великих древ! Мы не властны над волей Карниалесса, – оправдываясь, признались трое.

Лакс упрямо вскинул рыжую голову и нахмурился, готовясь отказаться от «высокой чести» ступания под сень чего бы то ни было, если путь друзьям туда будет заказан. В любой другой момент я, наверное, поддержала бы парня, но не в этот раз. Неожиданно для самой себя, движимая нахлынувшим волной чувством высшей важности происходящего здесь и сейчас, мягко посоветовала:

– Сходи! А мы подождем тебя, отдохнем, поваляемся на травке.

Рыжий неуверенно моргнул, я подтолкнула его к троице «гермафродитов», повторила:

– Давайдавай, иди, а то откажешься, а потом так и помрешь от любопытства, не выяснив, чего изпод тебя Карниалессу надобно было.

– Вперед, парень, – поддакнул Кейр, – магева дурного не посоветует.

Отвечая на наши уговоры, рыжий медленно кивнул. Как бы благожелательноневозмутимо ни сияла делегация встречающих, а готова поклясться, чтото вроде облегчения промелькнуло в искристых глазах.

Трое вежливо осведомились о наших потребностях и, пообещав прислать необходимое, удалились вместе с нашим вором (домовитый Кейр, не будь дурак, тут же воспользовался случаем и выдал им цельный список заказа!). Провожатые окружили его то ли как почетный караул, то ли как конвой, вздумай Лакс вернуться на полянку, дорогу ему пришлось бы проламывать через тела эльфов. Фаль жалобно вздохнул вслед. Привыкший пролезать везде, где можно и нельзя, за счет магической слепоты людей, тут он ничего поделать не мог. Эльфы видели сильфов не менее ясно, чем нас, запрет на сопровождение приятеля в Рощу касался всех. От огорчения сильф принялся оглаживать буйную гриву Дэлькора – предмет неизменного восторга мотылька – и вплетать в нее золотистые травинки из сильфова круга. В медной гриве коня они смотрелись весьма стильно. Мы же занялись менее творческим процессом снятия седельных сумок и устройством в мягкой траве. Почемуто в лесу оказалось куда теплее, чем на лугу, с которого мы прибыли. Поэтому я с наслаждением скинула курточку, стащила с ног сапожки, носочки и вытянула голые ноги на траве.