Рыжее братство. Трилогия (СИ)

Под головой у вора вместо подушки был походный мешок со скаткой одеяла. Поза рыжего выражала чуть небрежный, отстраненный интерес, и, если б не нос, вытянувшийся почти вдвое в направлении диковинного клинка, я бы решила, что его и в самом деле мало занимает процесс, вроде бы он помог вскрыть ящик, а все остальное уже не воровское дело.

Воин смущенно кашлянул, только сейчас сообразив, что ларец черепаха принесла мне, а значит, вещь, извлеченная из него, является моей собственностью. Было видно, как жаль Кейру расставаться с величайшей из когдалибо виданных драгоценностей, но чувство справедливости перевесило. Мужчина отвесил короткий поклон и положил находку мне на колени.

– Тогда один вопрос, – поглаживая почемуто быстро нагревающуюся под моими пальцами крестовину кинжала, задумалась я. – Если так называемое «серое пламя» режет все, то каким образом этот ножик не прорезает ножны, они же из кожи или нет?"

"– Внутри тончайшая подложка из того же металла, – объяснил Кейр, дернувшись как от удара при слове «ножик». – А вот почему кожа от времени не рассыпалась, не знаю, может, какаято магия, но чары – это уже по твоей части, магева.

– Наверное, чары, – легко согласилась я, вынимая клинок из ножен и любуясь его приглушенным сиянием. – Красиво светится!

– А он светится? – неожиданно удивился Лакс.

– Ну да, а вы что, не видите? – удивилась я и поняла – мужчины, даже сильф, ничего не видят.

– Как он светится? – жадно спросил Кейр, подавшись вперед.

– Он сероголубой, весь переливается, будто не застывший металл, а текущая вода или пляшущий огонь, – я постаралась описать кинжал, только беспомощножалкими и слишком простыми выходили слова. – Нет, всетаки пламя, ведь от него идет тепло, вон, даже ручка нагрелась. Ой! – От неожиданности я едва не выронила клинок себе на колени. Пока любовалась лезвием, на эфесе кинжала, поименованном ручкой специально для того, чтобы Кейр выразительно поморщился еще раз, выступило словно не выжженное огнем, а выгравированное или вырезанное изображение насекомого.

– Это же оса! Твой знак, магева Оса! – восторженно взвизгнул Фаль, успевший простить миру несправедливость нахождения оружия вместо драгоценных каменьев в ту самую минуту, когда Кейр сказал, что «серое пламя» стоило куда больше банальных побрякушек.

– Магия металла. Он признал тебя достойной! – благоговейно прошептал воин, окончательно смиряясь с тем, что сокровище будет принадлежать не ему.

Я потупила глаза и прикусила язык, чтобы не брякнуть, что оружие, проторчавшее на дне озера бог знает сколько времени, приняло первого, кто взял его в голые руки. Полагаю, сработал своего рода эффект запечатления, как у новорожденных птенцов.