Рыжее братство. Трилогия (СИ)

И на солнце, между прочим, бывают пятна!

Кстати, о достаточном удалении от Патера меня уведомил Кейр, кажется, только сейчас уверовавший в то, что нам удалось выскользнуть из лап Кольры без кровопролитного боя, засад, преследований и прочих мелких радостей жизни истинного воина, если верить фантастической литературе. Однако, то ли в литературе чегото не того понапридумывали, то ли нам достался бракованный экземпляр бойца, но бывший палач почемуто совсем не стремился в драку. Впрочем, нас с Лаксом, как людей сугубо мирных профессий (кто скажет, что вор – сторонник гонки вооружений, пусть плюнет мне в физиономию!) это вполне устраивало.

Почесав морщинистый от напряжения лоб, охранник предложил:

– Теперь нам чары сокрытия ни к чему. Чуток и передохнуть можно, а заодно решить, куда дальше направимся."

"Я благодарно отпустила руну

дагаз, позволяя ее таинственной магии раствориться в сочном утреннем воздухе рощи, несколько глотков которого излечили бы от депрессии самого завзятого пессимиста, и спешилась. Стащила с себя куртку, потянулась, радуясь отсутствию успевшей надоесть боли, и деловито поинтересовалась:

– А где интереснее?

От столь неожиданной для его практического мышления постановки вопроса Кейр издал звук, походящий на глухую икоту, и безнадежным тоном, совершенно не ожидая приятного для себя ответа, спросил у Лакса:

– Она что, всегда такая?

– А то, – с гордым самодовольством, словно воспитал в своем коллективе, кивнул вор.

– Нда, с таким подходом к жизни телохранитель вам точно необходим, – фыркнул Кейр.

Лакс лишь осклабился и, соскользнув с крупа коня в траву, весело спросил:

– Эй, Оса, тебе, я смотрю, уже получше?

– Есть такая буква, – призналась я, обнимая коня за шею и почесывая довольно жмурящуюся нахальную морду. – Дэлькор вылечил. Я, конечно, слышала об иппотерапии, но не знала, что она настолько эффективна. Или тут дело в конкретном, особенно талантливом представителе своего вида?

– Значит, не врут легенды о эльфийских лошадях, – почесав горло сквозь глухой ворот рубашки, протянул вор и покосился на Дэлькора, пожалуй, даже с большим уважением, чем смотрел на меня, когда я латала его раны. А с другой стороны, магеве положено волшебство творить, чего удивляться, лошадь же, промышляющая целительством, – уже диковинка и аттракцион.

– Коньлекарь, – покачал головой Кейр с видом умудренного жизнью старца, скорбно сетующего: «Куда катится этот мир…»

– Палачохранник, – передразнила я его, скопировав выражение лица.

– Магеваавантюристка, – добавил Лакс, подключаясь к диалогу, и как раз в этот момент мне на ладонь, взявшись из ниоткуда, хлопнулась гигантская, с тарелку, зеленокрасноголубая бабочка.