Рыжее братство. Трилогия (СИ)

 – Говорят, он злобный, мстительный, коварный и хитроумный ублюдок. Недаром его Агнус так ценит.

– Пускай, – пренебрежительно фыркнула я, ласково погладив коня.

– Магева Оса победит всех врагов! – уверенно вставил Фаль.

– Молодец! У тебя правильное позитивное мышление, приятель! – похвалила загордившегося загадочным комплиментом сильфа и прибавила: – Кто с мечом к нам придет, от меча и погибнет!"

"– Здорово сказала! – восхитился вор.

– Это не я, это Александр Невский, – справедливости ради просветила приятеля, выбираясь на дорогу после того, как пыль немного осела.

Мы тронулись дальше в Патер. Честно говоря, меня перестали мучить легкие угрызения совести по поводу того мощного заклинания, которое я ввечеру нарезала на груди Аглаэля. Если ему предстоит иметь дело с таким расфуфыренным ублюдком, как граф Кочерыжка, значит, я ничуть не предавала интересы людей, скорее уж уровняла их для справедливости.

– А он красивый? – неожиданно и подчеркнуто небрежно спросил Лакс.

– Кто? – озадачилась, оглядывая окрестности в поисках кандидатуры, подходящей для такого вопроса.

– Твой знакомый, Александр. Наверное, воин не из последних, – нехотя уточнил вор, почемуто упрямо отказываясь глядеть мне в глаза.

– Фиг его знает, – честно ответила я. – Если ты о Невском, он умер почти за шестьсот лет до моего рождения. Теперь наверняка не скажешь, даже если по черепу реконструкцию лица делать. Полководцем же, если верить истории, он был неплохим, хотя сейчас у нас все на свете, в том числе и историю, заново пересматривают. Раньше говорили, что он собрал войско для защиты родной земли и вывел его против несметного полчища рыцарей, заманил их на некрепкий лед озера, и враги от тяжести доспехов начали тонуть. А теперь доказывают, что и войскато рыцарского никакого не было, так, человек тридцать – сорок, и погибло из них едва ли пятьшесть. Чтобы во всем разобраться, наверное, надо бы самого Александра спросить, а где его найдешь? Некромантия в моих землях официальной наукой, на экспериментах которой можно строить выводы, не является, да и спиритизм тоже. Но я бы всетаки поставила на то, что «мой знакомый Александр» – умница и герой, а все спорщики пусть настоящее и будущее меняют, а не историю перекраивают.

– Понятное дело. – Уточнив волнующий его вопрос, Лакс снова повеселел и засвистел какойто прилипчивый мотивчик.

– Слушай, – не дала я вволю помузицировать приятелю, пристав с очередной порцией вопросов. – А чего этому хрену лысому так Дэлькора приспичило заиметь?

– Ну ты спросила, Оса, – усмехнувшись эпитету, коим я наградила графа, удивленно присвистнул вор.