Измена. Дар богини драконов (СИ)

 — В последнее время тебя становится слишком много в моей жизни, — потом переводит взгляд на меня, стоящую истуканом в дверях: — Дорогая, надо бы выпить чаю. Завари-ка две кружки. Лорд Морриган уже уходит."

"Между этими двоими отношения, мягко говоря, натянутые. И что-то мне подсказывает, что корни этой взаимной обиды уходят глубоко в прошлое.

Мать Эрнана долгое время терпела издевательства супруга. Но почему? Судя по ее аскетическому образу жизни, не власть и деньги мужа держали ее рядом с тираном. Она могла бы уйти, но лорд Морриган запросто мог убить ее и оставить ребенка сиротой, либо просто отнять сына. И в том, и в другом случае Эрнан рос бы с деспотичным отцом, не имея никакой защиты от его гнева.

Конечно, если она жила в таком аду ради Эрнана, то как больно ей слышать из его уст слова обвинений.

А он…почему он так относится к матери, я даже предположить не могу.

Но хотя бы то, что он пришел и извинился перед ней, уже хорошо. Хоть и не совсем успешно. Видимо, они успели опять наговорить другу неприятных вещей, раз он пулей вылетел из дома и чуть не снес меня со ступенек.

Леди Морриган тоже была на взводе, хоть и пыталась скрыть это. Ложечка, которой она размешивает сахар в чае, подрагивает и дзинькает о фарфор.

— Он любит вас и заботится о вас, как может.

Эйвери вздрагивает, и чай проливается на платье, оставляя на нем бесформенное темное пятно.

— Много ты понимаешь!

— Если бы ему было плевать на вас, он бы не вернулся, чтобы выяснить, что я делаю в вашем доме.

— Это он просто решил, что я спятила, — не сдается Эйвери. — Как же так приняла решение, не посоветовавшись с ним! Я еще пока при своем уме и трезвой памяти.

— Разве вы взяли бы в служанку девушку, которой скоро рожать?

— Конечно, нет! Я бы никого не взяла!

— Ваш сын очень хорошо вас знает. Потому ситуация показалась ему весьма странной. Если бы я не носила вашего внука, вы бы и на порог своего дома меня не пустили.

— Конечно, не пустила бы. С твоим-то ужасным характером! — пробурчала она, но от уголков ее глаз разбежались лучики морщин. Видно, все же у меня получилось ее убедить, что Эрнан действовал из лучших побуждений.

Следующим утром мы с Эйвери устроили стирку. Точнее, Эйвери устроила. Она и стирала. Таскала воду большими ведрами на террасу с задней стороны дома, терла подолгу белье покрасневшими от едкого мыла руками о ребристую доску, отжимала пену и кидала скрученные жгутом вещи в чан с чистой водой. Сразу всплыли картины из моего монастырского прошлого. Именно так старшие сестры учили стирать белье. Не жалея рук, до кровавых мозолей на пальцах.

Мне она поручает самую легкую работу — полоскать белье. Видно, жалеет, как мать своего будущего внука. Потом мы развешиваем постиранное.