Битва Мастеров (СИ)

 — задумчиво осматривая его лицо, сказала я. — Желание меня защитить или уязвленное самолюбие. В любом случае, это не тот вопрос, в котором я хочу знать твое мнение. Со своей жизнью я как-нибудь сама разберусь.

— Все, Снежка. Мое терпение подошло к концу. — закаменев лицом и холодно посмотрев на меня, сказал он, подпуская в голос металла. — Если ты сама не можешь принять верное решение, я приму его за тебя. После турнира мы летим на Терру. Будь благоразумна и сама приготовь все необходимое для путешествия. В любом случае, на месте я куплю тебе все, что будет не хватать.

И тут мне на колени упала собственная челюсть. Может у меня от недосыпа начались галюники? Не мог тот сероглазый мальчишка такого сказать. Это что ж у меня в подсознании творится, если оно мне такие шедевры выдает? Я мотнула головой, будто это может мне помочь справиться с шизофренией, незаметно для меня накрывшей сознание плотным ватным одеялом. Потерев лоб, я снова посмотрела на Талахая в поисках подтверждения своему сумасшествию.

— Что, прости, ты сказал? — тихо спросила я, следя за его губами.

— Ты едешь со мной на Терру. — спокойно повторил он, излучая дьявольскую самоуверенность в собственных силах.

— Ты охренел? — подозрительно спросила я, все еще не доверяя своим ушам. И глазам. И вообще может я уснула в корвете и теперь брежу?

— Мне похую, что ты там сейчас об этом думаешь. Пройдет время и сама поймешь, что я все правильно сделал. Но я не позволю этому престарелому ублюдку до тебя дотронуться. — как нечто очевидное сказал он.

И тут я поняла, что это не я сошла с ума. Дальнейший путь я проделала молча, никак не реагируя ни на разговор Тала о предстоящем сражении, ни на его собственнические жесты вроде его руки на моей талии, ни даже когда он удовлетворившись моей отмороженностью решил пересадить меня к себе на колени, и продолжая нести какие-то ублюдские слова, целовать мою шею.

Потому что у меня в голове окончательно сложился дальнейший план действий.

Будет ложью, если я скажу, что слова императора Терры никак не отразились на мне. Он действительно смог посеять зерно сомнений в моей душе относительно планов Константна на меня. Ведь как только что выяснилось, в людях я не разбираюсь совсем. А еще меня радует, что финал нашего непростого разговора не услышал никто из тех, кто летел с нами в корвете. Дан сидел в кресле пилота в носу корабля, на втором ряду передних сидений сидели Лель и Лаен, что-то бурно обсуждая и явно не вникая в суть нашей перепалки, ну а на заднем ряду были мы.

До знания арены мы долетели через еще пятнадцать минут.