Старое поместье Батлера (СИ)

– Что вы, – в итоге всё же заговорила, потому что граф ждал моей реакции, – это вам спасибо, что приняли приглашение и уделили нам время… И ещё, не сочтите за бестактность, мне бы хотелось поговорить с вами наедине и обсудить очень важный для меня, – уточнила я на всякий случай, – вопрос.

– Если ваша матушка не будет против, – склонил голову Дин и посмотрел на Мэделин.

– Я буду поблизости, – не стала возражать мама.

Стоило нам оказаться в кабинете, как и планировалось с приоткрытой дверью, я предложила графу присесть. Сама же осталась стоять.

– Не буду ходить вокруг да около, лорд Дин, – сцепив пальцы в замок за спиной и, перекатившись с пятки на носок, на одном дыхании выпалила: – Давайте ненадолго поженимся?

Глава 31

Интерлюдия

Дин Харрисон

Хорошо, что я сидел…

– Как это ""ненадолго""? То есть… Хмм… – вернув, мысленно отвисшую челюсть на место, вопросил я.

– Вас смутило только это? То есть вы готовы жениться? – облегчённо выдохнув, заметила девушка, в её невероятных синих глаза тревога смешалась со смешинками.

Я откинулся на спинку стула, и, закинув ногу на ногу, задумался, не спеша отвечать.

Я многое повидал в своей жизни, меня было сложно, практически невозможно удивить. Но юная леди, сделавшая совершенно возмутительное предложение, поразила ещё раз. За столь короткое время, что я был с ней знаком, ей удалось проделать это трижды: первый раз, когда она спасла мою любимую лошадь от гибели, второй, приготовленный её руками невероятный обед, и вот сейчас…

Злился ли я? В первые мгновения растерялся, поскольку предложение, сорвавшееся с алых девичьих губ, прозвучало очень соблазнительно… Но, в полной мере осознав суть, отчётливо почувствовал, как глухое раздражение ворочается где-то в груди.

– И сколько вы готовы заплатить? Это ведь сделка, – прищурившись, холодно-оценивающе посмотрел на Грейс.

Девушка замерла посреди комнаты: невысокого роста, с копной золотых волос и сапфировыми глазами в светлом платье она напоминала ангела. Отчего-то её хрупкая беззащитность заставила дрогнуть сердце – хотелось заслонить, укрыть её ото всех бед и опасностей этого мира.

– Позвольте всё объяснить.

– Буду весьма признателен, – вздохнул я, поскольку, не узнав причины столь экстравагантного поведения мисс Лерой, уйти не мог. Девушка не составляла впечатления легкомысленной, скорее наоборот.

Грейс, закинув руки за спину, принялась, как генерал на плацу, мерить шагами комнату. Не прошло и минуты напряжённой тишины, как она заговорила:

– Мой отец, граф Лерой, не самый лучший на свете человек, – замерев ко мне полубоком, призналась вдруг она, – он проиграл всё наше состояние и не только то, что досталось ему от предков, но и промотал то, что принадлежало маме.