Правила Барби (СИ)

И Дэниел оставил тебе компанию, потому что ты доказал ему, Джефри, доказал, что являешься достойнейшим наследником династии Фостеров.

– За все те годы, что мы провели бок о бок в офисе компании, я не услышал от него ни слова похвалы. Поэтому не думаю, что он считал меня достойным.

Эванс сморщила нос и шумно выдохнула, что показалось мне забавным. Уголки моих губ поползли вверх.

– Пора признать, что многих людей мы никогда не сможем понять. Я все думаю, зачем же папа составил это завещание, чего хотел добиться от меня? – она задумчиво покачала головой. Я знал ответ на этот вопрос, но почему произнести эти слова было так сложно? Может потому что я боялся снова почувствовать на себе ее гнев? Не знал, как она отреагирует и чувствовал настоящую тревогу из-за того, что она решит просто оборвать и без того тонкие нити соединяющие нас?

– Спасибо, Джефри, – тихо сказала она, заставляя меня отвлечься от мыслей и недоуменно взглянуть на нее. Она прикусила нижнюю губу от волнения, извинения всегда давались ей тяжело, как и ее отцу, от которого я никогда не слышал подобных слов.

Но я ошибся, Барбара совсем не похожа на него.

– За что?

– За то, что проследил за мной и не дал мне в конец расклеиться.

– Но ты расклеилась, – напомнил я, наслаждаясь маленькой улыбкой, промелькнувшей на ее губах.

– Эй! Не было такого, просто дождь стекал по моим щекам, ты мог все спутать!

– Как знаешь, – ухмыльнулся я, на что она глупо, но искренне захихикала, заставляя меня с ног до головы покрыться мурашками. Захотелось мгновенно расправить плечи, настолько это было щекотно.

– Мейсон уходит от разговора о вашем отце. Почему он не рассказывает мне, что это за тайна? – недоуменно спросила она, простым вопросом заставляя меня почувствовать сильнейшую головную боль. Мы условились не рассказывать о том, что произошло в тот день на утесе «Бернхилл». После того, как мы вышли из полицейского участка, никто из нас с братом не затрагивал эту тему. Казалось, мы оба просто вычеркнули прошлое, предпочитая двигаться дальше. Но все это было лишь ложью самим себе. Меня терзало чувство вины и по сей день, а Мейсон… ему, пожалуй, было гораздо больнее, ведь мой брат считал, что это он убил нашего отца.

– Наши отношения с Мейсоном стремительно ухудшались. Думаю, если бы не его учеба во Флориде и долгое отсутствие дома, мы бы давно прикончили друг друга, – усмехнувшись, поделился я. – Эта ненависть была настолько черной, что мне приходилось держать его в поле зрения, ведь я всерьез опасался, что он вонзит мне нож в спину.

– Это из-за меня?

– Нет, – резко ответил я, но затем, поймав ее взгляд, смиренно кивнул, – не только.